19 марта 2021 г.
Фото: Станислав Варг
В 2014 году война пришла неожиданно, поэтому многим мирным жителям пришлось изыскивать способы и прятаться от вражеских снарядов. Не всегда это были специально оборудованные бункеры. Не все люди смогли дождаться жизнь без артобстрелов.
История мирного пенсионера Сергея и его бункера. В 2014 году, когда война пришла в его дом, он её не ждал, как и тысячи других мирных жителей, которые ходили на работу, любили, богатели или работали на заводе.
Вспоминая первые дни, Сергей рассказывает, что было очень страшно. Но он старался всем своим видом подавать пример как своим несовершеннолетним соседям, так и другим взрослым, которые также иногда теряли самоконтроль.
Спускаясь в подвал 9-ти этажного дома, Сергей рассказывает, что раньше на этих стенах не было столь ярких надписей “Бомбоубежище там”, раньше это были простые помещение, в которые спускались перекрыть стояки или по другим, рабочим нуждам.
“Мы после прекращения серьёзных боевых действий даже ничего не убирали там”, – произносит он, прежде чем пройти короткий путь по ступенькам.
Фото: Станислав Варг
Кстати, Сергей меня смог удивить. Он отвечает за ключи к бомбоубежищу, потому что всегда находится на месте, в квартире на первом этаже. Но помимо просто охранных обязанностей, он регулярно проверяет лампочки, в случае необходимости покупает новые, а на полках внутри помещения хранит запас свечей.
“В темноте было плохо и как-то страшнее, что ли”, – тихонько пробормотал он и сообщил, что по большей части, здесь все было сделано руками молодого человека из этого же подъезда.
Фото: Станислав Варг
В помещении очень много кроватей, матрасов и всевозможных настилов.
Фото: Станислав Варг
“На всякий случай. Лучше много”, – объясняет собеседник и рассказывает печальную историю о бабушке, которая так и не смогла пережить войну.
Женщине была выделена отдельная кровать в одном из углов помещения, но из-за регулярных обстрелов и сложностей по её передвижению на дальние дистанции, пенсионерка так и не дождалась света солнца, умерев прямо здесь, в этом проклятом старом доме.
Фото: Станислав Варг
К сожалению, это не единственная подобная история. Стрессы, ежедневные обстрелы и полное отсутствие благоприятных условий, унесли жизнь ещё одной местной жительницы. Она хоть, к счастью, смогла увидеть дневной свет – погибла спустя несколько недель после окончания последних серьёзных обстрелов.
В самом бомбоубежище царит атмосфера брошенности. По всей видимости, люди покидали место, связанное с жуткими воспоминаниями, максимально быстро, а возвращаться за теннисными ракетками и рисунками своих маленьких детей – не хочется.
Фото: Станислав Варг
В одной из комнат, на столе до сих пор стоит стакан, несколько кисточек и краски. На стенах всё также висят рисунки, сделанные детскими руками… В голове прокручиваются жуткие кадры. На улице слышны разрывы от снарядов, а дети с присущей им наивностью, рисуют снеговиков, деревья и родителей, взявшихся за ручку. Или нет, не так… На улице слышны разрывы от крупных артиллерийских снарядов, а родители, чтобы не давать детям бояться, заставляют их рисовать счастливые семьи и обещают, что скоро все закончится.
Фото: Станислав Варг
Как и в любой грустной и страшной истории, всегда остаётся место для юмора. Вспоминая те дни, дед Сергей ведёт меня в самую отдаленную комнату.
“Тут алкаши жили. Чтоб нормальным людям не мешали, мы их сюда как в вытрезвитель посылали”, – рассказывает он.
И действительно, до сих пор стоит стол, на котором даже осталась закуска в виде засохших огурцов с помидорами, а за шторой в отдельную уборную для алкоголиков, мы нашли склад бутылок, в которых ранее были разные спиртные напитки.
Уже идя обратно, в сторону выхода, Сергей мне вкратце высказал своё мнение о Порошенко, Зеленском, и на каком суку он их всех видел. Поэтому на мой целенаправленно наивный вопрос о том, что же он будет делать в случае возобновления боевых действий, отвечает: “Да что? Перееду сюда и опять обживусь как-то “.
Фото: Станислав Варг
Уже на выходе я случайно заметил табличку ” Место для курения”. На что Сергей ещё раз ответил: “Не все у нас курили, не все у нас пили. Поэтому для них отдельные помещения”.
Фото: Станислав Варг
Соответственно люди, даже во время катастрофы, все равно пытались соблюдать какие-то рамки приличия:
– склонные к алкоголизму – отдельно;
– курильщики – пожалуйста, но за углом, чтобы остальным не дымило;
– дети – стол, краски, газеты и книги.
Не раз слышал теорию, что в сложные времена, люди становятся человечнее, совестливее и добрее. Это подтверждает, в том числе, и история одного бомбоубежища.
Источник: https://vvs-svet.ru.com/materials/reportes/istoriya-odnogo-bomboubezhishha/
