14 июня 2021 г., 17:23
© пресс-служба президента Украины
В связи с заявлением Владимира Путина о том, что принятие Украины в НАТО явилось бы переходом красной линии, чего Россия допустить не может, в российской прессе появились многочисленные спекуляции по поводу того, как может попасть в НАТО Украина, которую туда никто не собирается принимать. Мол, раз Путин сказал такое, то опасность есть
Ракеты, танковые дивизии, авиационные крылья не возникают где бы то ни было за секунды. Для них надо подготовить места базирования, перебросить личный состав и технику, после чего обеспечить боеготовность последней. У американцев такие вещи занимают недели и даже месяцы. Тем более, что ракетные базы надо строить с нуля и скрыть такое строительство (как и его назначение) практически невозможно. В своё время, несмотря на максимальную секретность операции, американцы обнаружили советские ракеты на Кубе раньше, чем последние были приведены в состояние боевой готовности.
Наконец американцы могут размещать на Украине войска и не принимая её в НАТО. Киев неоднократно заявлял о готовности принять всё, вплоть до тех самых американских систем противоракетной обороны (упомянутых Путиным и размещённых в Польше), которые могут быть использованы для пуска крылатых ракет большой дальности. Просила Украина у США и статус ближайшего союзника США вне НАТО (аналогичный тому, который имеет Израиль).
Как видим, США имеют достаточно возможностей использовать украинскую территорию, как антироссийский плацдарм, не принимая Украину в НАТО и, таким образом, формально не переходя прочерченную Путиным красную линию. Можем ли мы предположить, что президент России ошибся в формулировке своей позиции? Вряд ли. Речь шла именно о формальном приёме в блок, а не о размещении оружия или воинских контингентов на территории Украины. Путин опытный политик и всегда предельно чётко формулирует то, что хочет донести до адресата своих высказываний (а они были явно рассчитаны не на украинскую и не на российскую аудиторию). Если он считает, что его могли неправильно понять, он может вернуться к теме ещё не один раз и неоднократно сформулировать позицию, так чтобы её поняли однозначно.
Так почему же именно НАТО, куда дорогу Украине блокируют, как минимум Франция, Германия и Венгрия (да и Италия с Грецией не в восторге от перспективы иметь такого «союзника»)? Да и вообще стоит ли бояться приёма Украины в альянс, если как вашингтонские лидеры, так и руководители тех же Франции и Германии неоднократно, открытым текстом говорили, что за Прибалтику рисковать Парижем и Берлином никто не будет? Кстати, нет уверенности, что Америка вступит в войну с Россией, даже если опасность будет угрожать Парижу и Берлину. США совсем не прочь развязать европейскую войну с участием России, а самим остаться в стороне. Белому дому необходимо связать России руки, чтобы она не могла оказать поддержку Китаю, когда США начнут давить на Пекин.
Надо признать очевидное, союзники по НАТО давно уже не просто не готовы друг друга защищать, многие готовы воевать с соседями. Если раньше в НАТО был один долгоиграющий военный кризис — турецко-греческий, то теперь на грани конфликта неоднократно оказывались Турция и США в Сирии, Турция и Франция в Ливии, Турция и Италия в Восточном Средиземноморье. Поскольку же противоречия, вызывавшие предыдущие кризисы не устранены, можно ждать новых, с расширением круга участников.
Но нельзя не видеть и другой момент. Макрон легко меняет позицию в результате комбинации скрытого давления и щедрых посулов. Меркель уходит и в течение какого-то времени Германия будет ослаблена на международной арене, да и неизвестна позиция нового кабинета по ключевым международным вопросам. Италия и Венгрия без Франции и Германии долго сопротивляться не смогут. Вашингтон же, после переговоров в Женеве, может теоретически вернуться к теме предоставления Украине и Грузии ПДЧ (Плана действий по членству в НАТО).
ПДЧ — не членство и может никогда в членство не вылиться (то есть противникам приёма Украины вроде бы нет смысла серьёзно бороться), но воспринимается в Киеве и Тбилиси, как гарантия приёма в НАТО. Более того, Саакашвили и украинские политики открыто говорят, что по их мнению, если бы Украине и Грузии был предоставлен ПДЧ в 2008 году, то Россия не осмелилась бы в том же году провести операцию по принуждению Грузии к миру в Южной Осетии и Абхазии, а в 2014 году реализовать воссоединение Крыма.
Данная уверенность, в случае получения ПДЧ, подтолкнёт Киев и Тбилиси к более провокационной политике в отношении России. Они перестанут бояться российской военной мощи, считая, что НАТО из обязательно защитит. Резко возрастёт риск военных провокаций, чреватых перерастанием в европейскую войну.
Кроме того, активизацией тематики о вступлении Украины в НАТО США могут попытаться повлиять на внутриполитические процессы в России, где 19 сентября должны пройти выборы в Думу, после которых США попытаются спровоцировать протесты. Будирование темы вступления Украины в НАТО и неспособности России этому процессу помешать может быть использовано для подрыва внутриполитических позиций российской власти, ослабления базы её поддержки.
Наконец, поскольку в Белом доме прекрасно понимают, что на приближающейся встрече из Путина будет крайне сложно выдавить какие-то уступки, тема гипотетического приёма Украины в НАТО может быть использована Байденом для оказания давления в ходе переговоров, а также для информационных диверсий против России по их окончании.
Все эти опасности как раз и нивелируются одним путинским заявлением о «красной линии». Никто ведь не знает, что именно в Кремле сочтут началом процесса принятия Украины в НАТО и как именно прореагируют. Москва буквально только что, этой весной в ответ на военный шантаж показала, что войны не боится и заставила США отступить. Что, если Кремль вновь начнёт силовую демонстрацию? Или сразу нанесёт превентивный удар по Украине, напомнив, что «мы же вас предупреждали».
Повышать ставки? Велик риск. Получается, что лучше обойти проблемную украинскую тему стороной, Если США не найдут контригру, а им трудно будет это сделать, то своим заявлением Путин значительно расширит пространство для манёвра России во всей Восточной Европе. Понятно же, что «красная линия» не заканчивается, упираясь в северную границу Украины, но продолжается дальше, вдоль белорусско-польской границы, а дальше, вдоль польско-литовской стремится к Калининграду.
Фактически речь идёт не о блокировании движения Украины на Запад (там её и так никто не ждёт), а о возобновлении заявки России на сферу влияния в рамках всего постсоветского пространства, которую Запад признавал все 90-е годы, но перестал признавать и начал активно нарушать в нулевые.
Сделанная до встречи, эта заявка серьёзно ограничивает возможности манёвра Байдена в ходе встречи. «Красная линия» обозначена, президенту США остаётся лишь либо молча смириться, либо в жёсткой форме отказать Москве в праве определять зону своих жизненных интересов. И один вариант, и другой ведёт к серьёзным последствиям. В первом случае, США де факто признают за Россией свободу рук в Восточной Европе, без всякой компенсации со стороны Москвы. Во втором, Вашингтон втягивается в конфронтацию с непредсказуемыми последствиями, значительно раньше, чем ему это хотелось бы сделать, к тому же не контролируя (в отличие от Москвы) ход событий.
