2 мая 2022 г., 15:27
© РИА Новости, РИА Новости
Когда-то я чуть ли не свято верил в главный методологический принцип номиналиста Оккама: «Не следует привлекать новые сущности без крайней на то необходимости». В просторечье просто — «лезвие Оккама»
Если б название было просто «кебабная», я бы нарисовал себе образ владельца в виде какого-нибудь затрапезного мужичка с прямой как шампур извилиной в голове и в замызганном фартуке.
А так сразу представил этого изобретателя — угрюмый сплав целеустремленности и профессионализма, неуживчивого характера и своенравной воли. Овен, посвятивший себя без остатка любимому делу. А ведь всё это в какой-то степени — характеристика современной Турции. Страны, которая не боится быть неудобно-сложной и «плодить сущности». И я надеюсь, что это станет, но уже в полной степени чертой новой России…
Короче, в очередной раз задумался о том, что стремление к сложности, далеко не всегда ущербная и провальная стратегия.
Сейчас нам придется проверить это на себе. А именно тем, чьи судьбы вмонтированы в общую судьбу Российской державы.
Потому, что РФ меняет свой профиль в глобальной сети и в графе «личные отношения» начинает писать «всё сложно»…
Иная простота, не только хуже воровства, но и смертельна опасна. Я, в частности, уверен, что сам Союз погубила вовсе не афганская компания и, даже, не обвал нефтяных котировок. Управленческая элита страны «заколебала» народ своей «номенклатурной простотой» — чванливым пренебрежением новыми знаниями, прорывными технологиями, тупой некреативностью.
Мне посчастливилось встречаться еще великим кибернетиком академиком Глушковым. Виктор Михайлович с диким раздражением рассказывал как бесполезно пытался объяснить высшим функционерам принципы функционирования мобильной связи, индукционного оружия или электронного правительства. Мир стремительно усложнялся. Страна производила миллионы наименований товаров, которые распределялись в ручном режиме. И распределяли их «дядьки» для которых пыжиковая шапка из спецраспределителя была важнее, кибернетики в купе с электроникой.
Позже, моим научным консультантом по диссеру, стал бывший помощник генсека Андропова. Он рассказывал, что Юрий Владимирович уходил из жизни с тяжелым сердцем. Непрерывно сетовал, что руководство страны перестало понимать свое общество. Сложность общества на порядки опережало когнитивные способности номенклатуры…
К чему я это? К тому, что сейчас Россия, да и весь мир столкнулись с подобной проблемой. Социум обрел невероятную сложность. И планета фактически разделились на два лагеря — уже не по идеологическому, а по гносеологическому принципу. Одни стремятся окружающий мир упростить. До уровня своего понимания. Другие пытаются свои познавательные способности нарастить. До уровня усложненной действительности.
РФ, двигаясь в западном фарватере, десятилетиями отрабатывала первую модель. Она называлась «однополюсный потребительский мир». Эта модель упрощала бесконечную сложность бытия до крайности: один хозяин мира — Штаты, одна людская страсть — потребление.
Но нашлись лидеры и силы, которые вдруг поставили подобное миропонимание под сомнение. Нам, наверное, культурно-религиозная традиция помогла. Ведь в наиболее распространенных на одной шестой суши вероисповеданиях — православии и мусульманстве Всевышний — это отнюдь не Американский президент, а потребления — это отнюдь не смысл жизни человека.
Но не буду углубляться в запредельную тему. Просто констатирую, что имманентная российская душе с ее жаждой творчества, подвижничества, изобретательства как-то не вписалась в схему тотального упрощения всего и вся. Да, понимала эта широкая «душа», что не уютно ей будет почти одной в новом еще не объясненном мире, но так уж она устроена. И понеслось…
Я бы начал отсчет еще с премьерства интеллектуала Примакова. Он, пожалуй, стал одним из первых, кто понял, стране нужна не просто «национализация элиты». Державе необходима интеллектуализация элиты. Патриотизм должен быть умным…
Мировозренческие бунты всегда подавляют с большей жестокостью, чем даже бунты идеологические. И самое жестокое — это смертельно столкнуть тебя с близкими людьми.
Столкнуть Украину с Россией стало верхом жестокости, цинизма и подлости авторов этого «проекта». Они возможно читали Сократа, который делил людей на тех, кто в припрыжку несется вниз за красивыми ножками гетеры, и тех кто натужно карабкается вверх за наставлениями отшельника-философа. Первых всегда больше. Ведь к простым удовольствиям путь всегда легче, чем к сложному труду. А напряженные размышления — венец самого сложной деятельности!
Украину десятилетиями приучали именно к культу простого потребления. Кредитная экономика — это потребление за счет будущих поколений. Нацизм — это потребление за счет других народов. Расизм — это потребление за счет людей с другим цветом кожи. Рагулизм — это потребление за счет беззащитных соседей…
Современный мир возник на базе полисов. Только в городе появляется возможность сложного разделения труда, без чего не возможно развитие. На Украине же пожалуй впервые в истории запустили обратный процесс. Даже громко назвали его «великая аграрная сверхдержава». Это когда уничтожают сложный индустриальный труд, производную он него науку и образование. Уничтожают всё, что отвлекает от самого простого — насыщения себя и ненависти к другим. А так, веночки, хороводы, серпы, крашенные яйца…
Вообще, украинская официальная психология идеальный вариант упрощенного восприятия мира. Глашатай режима Арестович, утверждает, что украинцев в Европе воспринимают как «богов, спустившихся на землю». Здорово! Это новое слово в развитии «карго-культа» — самой примитивной мировозренческой модели дохристианского мышления. Полинезийский «карго-культ» — это ритуал туземцев с целью получить подарки от белых «богов». А украинский «карго-культ» — это снисходительное разрешение незалежными «богами» одаривать себя европейским туземцам. А чо, вареники сами должны прыгать в рот. Мгновенно и даже без помощи рук…
Я много раз упоминал, что не знаю примера успешной страны без собственной философской школы. Философия и есть инструмент осмысления сложного мира. Мира — мирного и мира воюющего. Если раньше войну выигрывали школьные учителя, то в нашу сложную эпоху войну не выиграть без профессора философии.
Украина не имела и не имеет отечественной философии. Зато есть неистовый комик с « бритвой Оккама», который с безумной энергией отсекает всё «лишнее»: конкурирующие партии, чтобы упростить политику; альтернативные медиа, чтобы упростить информационную «картинку»; оппонентов, чтобы упростить доступ к «потокам»… Великий упроститель! Видимо не случайно сейчас в мире наблюдается всплеск болезни коулрофобии — смертельной боязни клоунов.
Может поэтому заморские кураторы и таранят именно украинским национализмом российскую идентичность. Всегда мечтали, чтобы стала Украина не Россией, а Россия стала типа Украиной.
Я начал заметку с упоминания турецкого заведеньица. Просто повеяло желанной сложностью. Вспомнил еще их президента Эрдогана. А именно то, как он открывал новый парк на юге страны. Там были расставлены под пальмами хитрые скамейки. Садишься, смотришь на море, нажимаешь на кнопку и слушаешь из динамиков отрывки трактатов турецких философов. Зачем, спрашивается, такие сложности? А может он тоже считает, что наш сложный мир невозможно понять упрощенным, то есть не философским сознанием?
Кстати говоря, у китайских товарищей философские факультеты вузов являются самыми секретными подразделениями. Ведь там готовят будущий интеллектуальный спецназ империи — тех кто сможет осознать усложняющийся мир. И по подобному пути пошли сегодня многие арабские страны.
Понимаю, что Россия вообще уникально сложно-стремительная держава. Из всех возможных путей и стратегий она всегда выбирает самый сложный. Уже это одно понимание позволяет мне пусть и по одной функции, но с высокой вероятность прогнозировать ее будущее. Вот, всех волнует чем закончится военный конфликт. А я знаю. Есть только три сценария — два простых и один сложный. Крайне сложный.
Первый — просто себе обеспечить полное влияние на территорию всей бывшей Украины. Сценарий простой, но затруднительный.
Второй — просто отказаться под давлением всех обстоятельств от своих задекламированных целей. Сценарий простой, но гибельный.
Третий — скрепя зубами признать некий баланс сил с еще не одряхлевшим в хлам Западом. Ну, как случилось с корейским прецедентом в пятидесятых. Сценарий крайне сложный. В нем мелькают калейдоскопом танковые бои с польскими потомками «четырех танкистов» и их собакой. Чудятся воздушные вьетнамские «карусели» с наследниками Маккейна…
Жутко, страшно, сложно…Именно то, что обычно достается России. Когда она выбирает привычный для себя путь. Но есть и обнадеживающий фактор. При простых сценариях истории всегда побеждает самый богатый. А при сложных — самый умный. При таком раскладе играть можно.
И еще, правда всегда сложнее лжи.
