Дети кукурузы. Зачем украинский министр хочет засеять поля в Чернобыле

Однако дело не только в ковиде. Украина рискует потерять популярные чернобыльские объекты, которые разрушает время, разбирают мародеры и уничтожают катастрофические пожары. Потому что постмайдановские менеджеры способны декоммунизировать все, что когда-то строили их предшественники.

Постоянные возгорания больше всего мешают дезактивации Зоны отчуждения. Только по официальным данным, в прошлом году на ее территории сгорело не менее 12,7 тысячи гектаров территории Чернобыльского биосферного заповедника. Выгорели печально знаменитый «Рыжий лес», советский молодежный лагерь «Изумрудное», где жили первые ликвидаторы катастрофы, а также двенадцать покинутых сел, которые хорошо сохранились и привлекали внимание посетителей.

По предварительным оценкам, повреждено около 30% объектов, представляющих потенциальный интерес для туристов. Но независимые наблюдатели считают эту информацию излишне оптимистичной. Притом что каждый такой пожар с неизбежностью повышает радиационный фон, поднимая в атмосферу захороненные в почве радиоактивные элементы.

Однако объекты Чернобыльской зоны разваливаются и без огня, просто потому, что на них ни разу не проводились работы по консервации и ремонту. Прогулки по Припяти рискованны не столько из-за радиационного фона — куда опасней провалиться вместе с обветшавшей бетонной лестницей, и такие инциденты уже случались в ее заброшенных зданиях.

«К сожалению, со временем объекты, находящиеся в Чернобыльской зоне, постепенно разрушаются. Если не принимать никаких мер, то зона с годами будет опустошаться. Этого нельзя допустить, ведь наше наследие — это не только местность вокруг электростанции, но и здания, которые находятся на ее территории», — комментирует эту ситуацию министр культуры и информационной политики Украины Александр Ткаченко. Хотя все знают, что счет идет не на годы, и если тянуть с ремонтом, от чернобыльских объектов уже вскоре останутся одни непрезентабельные руины.

При этом украинский Минкульт рассчитывает включить Зону отчуждения в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО одновременно с отбитым у врагов рецептом борща. Ведь за тридцать лет независимости в Украине не создано ничего, что могло бы по-настоящему заинтересовать большой мир. И ее руководителям приходится паразитировать на советском наследии вместе с попытками приватизировать архаическую овощную похлебку.

Однако власти не занимаются спасением чернобыльских локаций, ограничиваясь декларативными жестами и косметической показухой. За минувший год в Припяти сподобились починить знаменитое колесо обозрения, да и то потому, что ему угрожало обрушение, чреватое возможными жертвами и скандалами. А недавно правительство взяло под охрану гигантскую загоризонтную радиолокационную станцию «Дуга», которую наконец внесли в Государственный реестр недвижимых памятников Украины. Но к этому времени РЛС основательно обглодали охотники за радиоактивным металлом, и никто не помешает им разбирать такие объекты дальше.

Этот криминальный бизнес продолжает процветать в Зоне отчуждения даже спустя тридцать пять лет после катастрофы. Киевская областная прокуратура официально обвинила в нем недавно уволенного директора Чернобыльской АЭС, который продал в 2019 году более 500 тонн радиационно загрязненного металлолома. Реализуют и загрязненную радиацией древесину, причем экологи связывают с этим систематические пожары. Леса могут умышленно поджигать для того, чтобы огонь укрыл следы масштабных незаконных порубок.

Наконец, весной нынешнего года украинское правительство выдало лицензию на эксплуатацию хранилища отработанного ядерного топлива, которое обеспечивает крупная американская корпорация. Это решение, на котором хорошо заработают западные подрядчики, окончательно определило дальнейшую судьбу Зоны отчуждения. В течение ближайших двадцати лет здесь будут складировать и утилизировать радиоактивные материалы. А это не только создает дополнительные экологические угрозы, но и подрывает надежды на социально-экономическую реабилитацию Припяти и Чернобыля.