5 декабря 2016 г.
В предпоследней части о Днепропетровске наконец осмотрим «самый центр» между показанными ранее Сечеславской набережной, парком Шевченко и проспектом Яворницкого. Днепропетровский «даунтаун» с остатками старины у подножья небоскрёбов, этот район не назвать в полном смысле еврейским кварталом, однако прошлое и настоящее пожалуй самой заметной и влиятельной в постсоветских странах еврейской общины лучше всего представленно именно в нём.
Несколько фотографий в посте, как водится, 2009 года. Но подписывать их не буду — вот попробуйте угадать сами, желательно — объяснив, по каким признакам. Будем считать это конкурсом.
О том, что евреи в Днепропетровске занимают особое место, я узнал ещё из всей движухи 2014 года — не столько конечно из новостей, сколько из фейсбуков и форумов, где жители других областей Украины обзывали этот город Днепрожидовск. Правда, ещё до «всех этих событий»(тм) я знал некоторое количество ярких личностей с еврейскими корнями именно из Днепропетровска — как например поэты Линор Горалик и Аркадий Штыпель или скульптор Вадим Сидур. На самом деле здешняя община не имела никакой особой предыстории и даже размером своим не слишком выделялась: первые евреи в Екатеринославе появились в 1793 году, к началу ХХ века составляя в городе 36% населения — это больше, чем в Одессе или Киеве, но в Кишинёве, Житомире, Каменце-Подольском или губернских городах нынешней Беларуси еврейские общины приближались к половине населения, а в уездных городах «черты оседлости» бывало и того больше. Впрочем, в те времена, когда Екатеринослав был ещё пыльным захолустьем, совсем зачахнуть ему не давали именно евреи — так, первый металлургический завод на Днепре основал купец Заславский, а купец Луцкий построил в 1843 году первый в городе театр. С началом индустриального бума стремительно разбогатела и община, в начале ХХ века в Екатеринославе действовало от 36 до 44 синагог, евреи участвовали в работе Городской думы, открывали собственные школы, больницы, благотворительные организации и даже Екатеринославский еврейский политехнический институт — подобным в те времена в России мог похвастаться разве что «Северный Иерусалим» Вильно. В войну большая часть общины смогла эвакуироваться, а жертвами нацистов стали 11 тысяч евреев — страшная цифра, но это втрое меньше, чем в маленькой Виннице. В послевоенном городе еврейского было вряд ли больше, чем в среднем по бывшему Союзу, и даже ныне по размеру общины (11 тысяч человек) Днепропетровск уступает Москве, Петербургу, Киеву и Одессе… но из этой общины ещё в конце 1980-х вышли на сцену такие персонажи, как Геннадий Боголюбов и Игорь «Беня» Коломойский, соответственно 3-й и 2-й по богатству олигархи Украины, создавшие важнейший в стране «Приват-Банк», опору украинской финансовой системы. И хотя об ушлости и беспринципности олигархов слагают легенды, корней они всё-таки не забыли, и над днепропетровской общиной возвышается Попечительский совет под руководством Боголюбова, курирующий множество проектов от культурной жизни до помощи нуждающимся. И если в большинстве городов бывшего Идишланда остались в лучшем случае опустевшие памятники старины да синагоги почти без прихожан, и даже в городах типа Киева общины тают на глазах, то в Днепропетровске современная еврейская компонента действительно очень заметна:
2.
На кадре выше — улица Коцюбинского, спускающаяся с Центрального моста. На переднем плане Малая синагога (1893), единственная действовавшая при советской власти, а вдали видны башни «Меноры» — крупнейшего в мире еврейского центра, обнимающего Большую Хоральную синагогу. Если с того же места посмотреть влево — увидишь цирк (1980), серую общагу Таможенной академии (1985), а за ней тот самый даунтаун, уже не раз показанный с разных сторон в прошлых частях.
3.
3а.
Вернее, те башни жилые, а «даунтаун» как «деловой центр» — как раз-таки здесь, и та же Малая синагога единственное сохранённое здание квартала, на месте которого теперь возвышается гигантский «Мост-Сити-центр» с двумя стеклянными башнями:
4.
Рядом с ним краснокирпичный «Новый центр», во дворе которого находится пригородный автовокзал — даже на гигантском Центральном автовокзале здесь помещается не всё. Самый примечательный город, в который отсюда можно уехать — Новомосковск с его деревянным собором.
5.
Но Днепропетровск не был бы Днепропетровском, если бы про этот квартал нельзя было сказать «блеск и нищета» — с новостройками соседствуют заброшенные дома, стоявшие тут и в 2009-м, и в 2016-м, и скорее всего ещё в начале «нулевых» приговоренные на снос, да только строить с тех пор в бесконечных кризисах стало не на что и незачем.
Эта часть Старого Екатеринослава в принципе сохранилась хуже всего, порушенная сначала войной (как и большинство городов на западных берегах рек), а затем — новостроем.
7.
Вот так этот район выглядел сто с небольшим лет назад, и как таковым «еврейским кварталом» его было не назвать даже в те времена — центром его был Успенский собор (1839-50), главный храм Екатеринослава по проекту петербуржцев Петра Висконти и Людвига Шарлемань. Но совсем рядом, как бы придавленная его колокольней, стояла Хоральная синагога.
7а.
Теперь — наоборот: над синагогой возвышается небоскрёб «Меноры», а от собора с 1830-х годов остался унылый короб с колоннами, заметное на заглавном кадре розовое здание в зелёной сетке — ныне храм находится в состоянии вялотекущего восстановления.
8а.
Православный храм на этой площади был основан в 1797 году, а синагога — в 1800-м. В камне они строились почти одновременно, и Хоральная синагога «Золотая роза» (1837-52) на момент открытия была чуть ли не крупнейшей в Европе (да и сейчас вместе с ещё несколькими синагогами разных городов претендует на это звание). Как и собор, при Советах её закрыли, обкорнали да чему-то отдали, но вернувшись верующим в 1998 году, она отстроилась не в пример быстрее.
8.
Хотя и в облике, весьма далёком от первоначального — без купола, башенок и тонкой лепнины, которой в прошлом славилась на фоне других синагог.
9.
В фойе — собственно Золотая роза. На самом деле так называются многие синагоги, самая известная стояла со Средних веков и до войны во Львове, но происхождение этого названия мне пока не понятно.
10.
По бокам от входа — памятные доски главным фундаторам, всё тем же Коломойскому и Боголюбову. А вот ящик для пожертвований подарил их коллега Пинчук:
11.
Главный зал синагоги с чрезвычайно эффектным минималистическим интерьером:
12.
И как соседений подъезд — длинные коридоры «Меноры», больше похожие на улицы. «Менора» открылась в 2012 году, высота её главной башни 77 метров, и среди многочисленного новостроя днепропетровского центра это пожалуй самый удачный образец. Внутри всякие банки и офисы, стенды с историей, слагающие целый путеводитель по еврейскому Екатеринославу, а где-то здесь есть ещё и еврейский музей, до которого я так и не добрался (фотографии оттуда и подробная история еврейской общины города есть здесь).
13.
А ещё — целых две гостиницы: совсем уж дорогая и пафосная «Менора» и более демократичная «7 дней». В ней я и забронировал номер (вернее, как оказалось — лишь койку в 3-местном номере, где всё равно жил один), и хотя стоило это примерно вдвое дороже (порядка 600 гривен, то есть 1500 рублей) других гостиниц, где я останавливался в том путешествии по Украине, по качеству это был действительно другой уровень, чем то, к чему я привык. Вот например отличный шведский стол с хумусом и фалафелем, и нахватал я так много не от жадности, а чтобы не тратить больше время на еду до вечерней посадки в поезд:
14.
У второго выхода «Меноры» — памятник жертвам Холокоста, поставленный явно «чтоб было» — в процветающей ныне общине с олигархом-шутником во главе нет столь привычного надрыва пережитых трагедий. Совсем иное впечатление, чем от киевских евреев с ужасом Бабьего Яра за спиной или от одесских с исходом в глазах.
15.
А внутри «Меноры» да рядом с ней много колоритных типажей в кипах и широкополых шляпах:
16.
От Успенской площади пройдём по улице Глинки, условно-параллельной Днепру и проспекту Яворницкого:
17.
Мимо дома с потрясающе красивым барельефом:
18.
На не по-европейски заставленный маршрутками перекрёсток, с которого расходятся налево длинная Европейская площадь, а направо — спускающаяся к Днепру Европейская улица, до революции называвшаяся Железной:
19.
И мне стоило сходить именно по последней. Екатеринославские синагоги в большинстве своём не занимали даже отдельных зданий (например, в доходнике дворян Марковых одновременно арендовали площадь целых пять синагог), да и здания эти в большинстве своём не сохранились, причём многие из них, давно использовавшиеся для каких-то других нужд, местная олигархия не моргнув глазом сносила под застройку. На Железной стояли, слева направо по кадру ниже караимская кенасса (1869, снесена в 1960-х), синагоги «Бейт-Янкель» (1885, снесена в 2008-м) и «Ойрах-Тфило» (1880-е), и вот последняя-то, одна из самых интересных в Екатеринославе как раз сохранилась, а я не удосужился пройти пару сотен метров до неё.
20.
Вместо этого устремившись на проспект Яворницкого, увидев в перспективе площади бывшее Министерство чёрной металлургии УССР. Сама же площадь какая-то реально не в меру европейская, даже мусор словно специально разложен совершенно как в Хельсинки:
21.
Парой кварталов правее (относительно кадра выше) проспект Яворницкого пересекает бывшая улица Ленина, ныне Воскресенская, и её первый вниз от проспекта квартал — едва ли не самое интересное место Старого Екатеринослава. Открывает его бывший Санкт-Петербургский коммерческий банк (1910-12) с гербом Северной столицы на фасаде, ныне областной офис Нацбанка Украины:
22.
Дом напротив впечатляет своим декором, включающим явно не абстрактные портреты::
23.
Но уже через 3 дома встречает крошечная Театральная площадь, и глухой брандмауэр в конце квартала оформлен странной конструкцией, дающей на голую стену ещё более странную тень:
24.
Если на Проспекте стояли местная скромная Опера и старинный Русский драмтеатр, то на этой площади соответственно украинский Днепропетровский драматический театр имени Шевченко, обосновавшийся здесь в 1926 году, несколько лет покочевав между Киевом, Харьковом, Луганском и Полтавой.
25.
Само же здание строилось в 1913 году как театр Английского клуба, переехавшего сюда в начале ХХ века с проспекта:
26.
Впрочем, нынешний облик театра — скорее 1970-х годов, после реконструкции:
26а.
Особенно барельефы на главном фасаде, над смыслом которых я долго ломал голову — как годовщины они ни с чем не совпадают, и наконец что это за событие такое — гибель эскадры?! Морских баталий между красными и белыми, чтоб целую эскадру потопить, вроде бы не было, да и гайдамки — хоть махновцы, хоть петлюровцы — явно не могли быть здесь увековечены тогда. На самом деле это всего лишь знаковые для истории театра постановки:
27.
Напротив театра имени Шевченко — сам молодой и ещё безусый Тарас (1992):
28.
Но главное здесь — вот это вот здание с театром по соседству. Как вы думаете, когда оно было построено?
29.
Есть варианты?
29а.
Сформулируйте в уме предположение, прежде чем пролистнуть дальше:
30.
На самом деле это ровесник коричневого доходника с лепниной по соседству — построено в 1911-13 годах! Автором его был харьковский архитектор Александр Гинзбург (не путать с тёзкой, который родился в 1918 году в УНРовском Сечеславе и взял себе псевдоним Галич), и харьковская школа тут ощущается — там много таких вот домов, о которых точно не скажешь, до революции они построены или после. Но здесь — уже не «рациональный модерн», а полноценный конструктивизм, особенно если смотреть со двора… конструктивизм, которому ещё не придумали тогда названия:
31.
На мой взгляд, это здание — важнейший архитектурный памятник Днепропетровска. Строилось оно для Общественного собрания опять же с театром как этакий Городской ДК, но большую часть истории чередовало роли филармонии и ДК Железнодорожников, вступив во вторую по счёту Фазу Филармонии в 2001 году:
32.
На задворках, посреди ухоженного центра вдруг обнаружился мрачный пустырь с заброшенным летним театром:
33.
А вокруг — просто дома и улицы Старого Екатеринослава. Вот здесь за спиной Хоральная синагога, слева ворота бывшей швейной фабрики, построенной при Советах на месте сразу нескольких памятников еврейского прошлого, но напоминающей о главном ремесле местной общины — портных:
34.
Настоящий конструктивизм практически напротив бывшего Успенского собора:
35.
Если вот это не было синагогой — то я чего-то здесь не понимаю:
36.
Планетарий у оправдывающего своё название Крутогорского спуска для Днепропетровска с его космической темой откровенно маловат:
37.
Внезапно, деревянный дом, каким-то чудом переживший войну. Подозреваю, что до войны их в Екатеринославе было немало — всё же до постройки ДнепроГЭС здесь находился огромный лесной порт, перевалка на обход Днепровских порогов.
38.
На «горизонтальной» улице Вернадского, бывшей Дзержинского, меня накрыл проливной дождь. Здание Коммерческого клуба в непривычном здесь «русском стиле»:
39.
Внезапно затесавшийся сюда особняк основанной в начале 19 века в тогда ещё просторном и пыльном городе усадьбы, сменившей за свою историю множество хозяев (обычно называют его «домом Струковых«), а с 1870-х годов служивший резиденцией губернаторов.
40.
А там и до Башен рукой подать:
41.
И хотя цельностью бывший Екатеринослав не отличается, всё же любой старинный город сложно представить без дворов и подворотен, увы, в Днепропетровске лишённых южного колорита и напоминающих скорее выхолощенные дворы Москвы и Киева:
42.
43.
Хотя и бывают исключения:
44.
44а.
Что же до еврейской темы, то как уже говорилось, как такового еврейского квартала в Екатеринославе не было, а наибольшую плотность всякие синагоги, хедеры, миквы да раввинские квартиры образовывали вокруг кафедрального православного собора. Но всё же селиться нелюбимые соседями евреи преподчитали поближе друг к другу, и ещё пара их анклавов сохранилась в стороне. На Исполкомовской, бывшей Управской выше проспекта, у края глубокой Красноповстанческой, а прежде Жандармской балки, сохранилось несколько бывших синагог: внизу слева Солдатская (1892-95, Исполкомовская, 11) и Красильщиков в доме Брука (1899, Исполкомовская, 46), а вверху под цифрой 1 едва ли не вторая в дореволюционном городе по значению Хавацэлет-Гашарон (1898-99, Южный переулок, 1), или просто синагога Жандармской Балки. Сами цифры — потому что виды пересняты со стендов в «Меноре», и №2 здесь — Солдатская синагога, №3 — Дом общества помощи бедным евреям, а №4 — ещё одна синагога в доме Вильнянского. Кроме того, где-то здесь же на Бородинской, 24 ещё стоит бывшая Еврейская больница.
45.
Вообще сейчас очень странно, что имея перед глазами такой путеводитель как стенды «Меноры» с их десятками адресов, я не удосужился дойти до этих синагог. Увы, действия людей далеко не всегда логичны, и я из-за общей усталости просто не смог эту информацию воспринять, как следует вчитавшись в переснятые стенды лишь дома. Но краешком я задел и третий анклав у бывшей Философской улицы, который оставлю до следующей части.
В целом же в дореволюционном Екатеринославе евреи составляли 36%, великороссы — 40%, а малороссы (украинцы) — 15%, так же более 1% было поляков и немцев. Правда, тогда это определялось по языку, и хотя этнических украинцев в нынешнем Днепре подавляющее большинство населения, говорит подавляющее большинство из них по-русски.
Напоследок — вид «Екатеринослава, который мы потеряли» — мне кажется, до революции это был очень атмосферый город, из-за своего богатства не по-российски плотный и высокий:
46.
В следующей части пойдём из центра на легендарный «Южмаш», где и закончу рассказ о Днепропетровске и весь этот блок украинской серии.
Источник: https://varandej.livejournal.com/831152.html
