26 ноября 2021 г., 8:21
© РИА Новости, коллаж Украина.ру
В марте 2015 года посмайданный Киев стал свидетелем столкновения политики и бизнеса. Президент Порошенко попытался отнять у миллиардера Коломойского контроль над «Укрнафтой». В результате Коломойский чуть не сверг Порошенко, но вынужден был отказаться от добивания уже практически поверженного противника и капитулировать под давлением посольства США
А зря. Если бы не внешнее (американское) вмешательство (США тогда ещё были полны иллюзий относительно возможности долговременного использования Украины в качестве противовеса России и пытались укрепить киевскую власть) конфликт Коломойский/Порошенко должен был стать началом конца посмайданной украинской государственности, причём конец должен был наступить быстро.
И Коломойский, и Порошенко — матёрые циничные бандиты, не брезгующие никакими средствами для достижения своей цели. Но Порошенко более труслив и не готов публично брать на себя ответственность за вооружённую конфронтацию. Тем более в тот период он всё ещё пытался играть миротворца. Преимущество Коломойского заключалось также в том, что он имел от трёх, до пяти тысяч им финансируемых, им вооружённых и лично ему преданных боевиков, уже имевших опыт боевых действий. На стороне Порошенко вроде бы были армия, МВД и спецслужбы, но часть силовиков открыто симпатизировала Коломойскому, часть предпочитала оставаться нейтральной (памятуя опыт майдана собирались присоединиться к победителю) и все они не любили Порошенко, под чьи чутким руководством были проиграны осеняя кампания 2014 года и зимняя кампания 2015 года в Донбассе.
В общем, в существовавшем в 2015 году раскладе миллиардер (впрочем, одновременно и политик) побеждал политика (впрочем, одновременно и миллиардера. Но связана такая перспектива разрешения кризиса была не с изначальным преимуществом денег над властью, всего лишь с особенностями характеров Порошенко и Коломойского. У первого какие-то ограничения в то время ещё существовали, у второго их отродясь не было, и в этой готовности идти до конца заключалось решающее преимущество Коломойского, принесшее ему победу, украденную американцами в пользу Порошенко. Казалось бы, какая США в то время разница кто будет главным в Киеве? Но разница была.
Как было сказано, США испытывали иллюзии по поводу способности Украины укрепить свою разболтанную майданом государственность и наряду с санкциями Запада стать эффективным средством давления на Россию. Для этого им был необходим в Киеве формально легитимированный, склонный к манёвру между основными политико-финансовыми группировками режим. В случае силового свержения Порошенко повторная легитимация режима при помощи досрочных президентских выборов была бы затруднена: два переворота за год — слишком много даже для европейских союзников США. Но самое главное заключается в том, что концентрация власти в руках Коломойского, опирающегося на нацистские незаконные вооружённые формирования, составлявшие его частную армию, пугала абсолютно все олигархические семьи Украины.
То есть, можно было ожидать возникновения новых «народных республик» (совсем не обязательно пророссийских) под флагом сопротивления путчу (чтобы вынудить Коломойского поделиться властью). Усиление сепаратистских тенденций, при тотальном недоверии олигархов Коломойскому и желании значительной части населения (особенно на Юго-Востоке) покинуть нацистскую Украину вместе с территориями, ставило под угрозу американский план создания из Украины регионального противовеса России — одного из ключевых звеньев планировавшегося «санитарного кордона» от Балтики до Кавказа.
Именно эти соображения заставили Вашингтон в 2015 году вмешаться во внутрихунтовский конфликт в Киеве в пользу более слабого Порошенко. Косвенным результатом этого вмешательства стало торможение (полной остановки добиться не удалось) процессов распада украинской государственности и консервация неэффективного режима, от активной поддержки которого США отказались уже к концу 2016 года. С тех пор американцы не особенно вмешиваются во внутриукраинскую борьбу за власть. Им глубоко плевать какой именно «сукин сын» заберётся в президентское кресло, главное, чтобы это был их «сукин сын», а других там всё равно не осталось, так что можно не напрягаться.
Именно этим — отстранённостью США от внутриукраинских процессов отличается второй акт драматической борьбы за власть между политиком (за которым прячется олигарх) и олигархом, неудачно пытающимся играть в политику. Только теперь на месте беспринципного матёрого Порошенко не менее беспринципный, но совершенно неопытный комик (в тени которого пытается дёргать за нитки Коломойский), а на месте самого Игоря Валерьевича — более успешный в плане бизнеса, не менее беспринципный, но осторожный Ахметов, всегда ранее избегавший открытых конфликтов, просто покупавший себе у каждого следующего президента право на владение постоянно возраставшей частью украинской экономики.
В течение последних пары месяцев практически не осталось сомневающихся в том, что между Ахметовым и Зеленским быстро нарастает напряжённость. Ещё недавно эффективно сотрудничавшая и довольная друг другом пара семимильными шагами двигалась к конфронтации. Ахметов наращивал давление постепенно — его каналы критиковали Зеленского всё интенсивнее, трибуну его оппонентам предоставляли всё чаще. И вот, наконец, Ахметов перешёл черту. Заказанный им опрос внезапно показал, что украинцы ни с того, ни с сего полюбили экс-спикера Разумкова и готовы выбрать его своим президентом. В окружении Зеленского этот шаг оценили правильно: такое наглое надувание рейтинга свидетельствует о готовности к выборам в ближайшее время. Но по закону выборы должны пройти через два с половиной года. То есть, Зеленскому выдвинут неформальный ультиматум — либо он прекращает борьбу против Ахметова и становится послушной марионеткой олигарха, либо он остаётся марионеткой Коломойского/Ермака и тогда Ахметов делает ставку на его досрочный уход.
Уже во вторник, 23 августа Офис Зеленского ответил. Советник президента по экономическим вопросам Олег Устенко заявил, что Зеленский готов к борьбе с Ахметовым, что он «готов бороться до конца и выполнить то, что обещал», а также что он «понимает как всё происходит» и «намерен победить». Таким образом, ультиматум Ахметова отклонён.
Вот тут-то и начинается самое интересное. США, в отличие от 2015 года, пока явно не планируют вмешиваться в украинскую грызню за власть. На сегодня их не интересует степень легитимности украинского президента. С ним всё равно уже не говорят в Москве, да и Европа его всё активнее избегает. Сегодня американцам важно иметь во главе Украины человека, готового беспрекословно выполнить любой их приказ. Борьба между различными олигархическими группировками ослабляет всех и делает всех более зависимыми от американского благоволения. Так что пока оптимальный кандидат не определился, Вашингтону нет смысла напрягаться — события и так идут в нужном направлении.
Следовательно Зеленский и Ахметов могут посостязаться за власть без постороннего вмешательства, а мы можем посмотреть кто окажется в выигрыше: власть или деньги. При этом надо иметь в виду, что Ахметов при помощи подкупа может добиться лояльности значительной части чиновничества, а Зеленский, используя закон об олигархах может попытаться лишить Ахметова доступа к части его финансовых возможностей.
Формально, перевес на стороне Ахметова.
Во-первых, практически все олигархи понимают, что если Зеленский раздавит самого сильного из них, то и им несдобровать. Так что Ахметов выступает не в личном качестве, а как глава олигархического консенсуса.
Во-вторых, против Зеленского настроены СМИ, которым на примере каналов Медведчука показали степень их свободы. Журналисты не против продаваться власти, но хотят иметь свободу выбора хозяина, что обеспечивает им возможность уйти к тому, кто больше платит. В формате же заданном Зеленским им придётся батрачить на власть за сколько дадут.
В-третьих, все на Украине уже привыкли, что президенты приходят и уходят, а Ахметов остаётся.
В-четвёртых, как уже было сказано, он обладает достаточными финансовыми возможностями, чтобы купить значительную часть бюрократии и силовиков (парализовать государственный аппарат — главную силу Зеленского).
В-пятых, Зеленский потерял опору на большую часть своих избирателей. Народ равнодушно относится к его конфликту с олигархами, справедливо считая, что хрен редьки не слаще.
В-шестых, у Зеленского конфликт не только с олигархатом, но и с большинством местных элит, включая мэра Киева, что немаловажно, так как контроль над столицей является ключевым звеном в любой попытке переворота.
В-седьмых, Зеленский находится в международной политической и экономической изоляции, то есть не может рассчитывать на активную поддержку извне (что в украинских реалиях очень важно).
В-восьмых, в самой команде Зеленского идёт подспудная борьба Коломойского и Ермака за единоличный контроль над президентом. Окружение Зеленского органически неспособно действовать по единому плану, не подсиживая друг друга хотя бы в момент общей опасности, а сам Коломойский готов в любой момент сдать Зеленского в обмен на гарантии безопасности для себя лично и своего бизнеса за пределами Украины.
Слабостей у Зеленского много, но они компенсируются тем, что:
— Ахметов никогда не участвовал в открытом вооружённом противостоянии власти, он для этого слишком трусоват. Он стал некоронованным королём Донбасса не потому, что перебандитил всех местных бандитов, как утверждают некоторые его биографы, а потому, что никогда не считался там серьёзной силой. Один из многих людей Ахатя Брагина Ринат Леонидович вышел в первачи примерно так же, как и Тарута — когда верхушка донецкого криминального бизнеса перестреляла друг друга, вдруг выяснилось, что именно он остался наследником их капиталов. Чтобы пройти путь Ахметова смелость и готовность к конфронтации были не нужны, они были лишними качествами. Требовались осторожность, нежелание лезть на рожон и готовность к компромиссу. Сейчас же Ахметов стоит перед необходимостью принять решение о начале войны, которая неизвестно чем и когда кончится, а последствия поражения окажутся для него фатальны;
— противостоящие Ахметову Зеленский и Коломойский практически не рефлексируют по поводу возможного перерастания политического кризиса в вооружённый конфликт. Коломойский никогда не останавливался перед необходимостью стрелять, если на кону стояли его интересы. Достаточно вспомнить жестокое подавление его бандитами Русской весны в Днепропетровске, организованную им расправу 2 мая 2014 года над одесским сопротивлением, содержание наиболее одиозных нацистских формирований, обещание 10 000 долларов «за голову москаля», готовность к вооружённому конфликту с Порошенко. Коломойского может заставить воздержаться от радикализации конфликта лишь отсутствие шансов на победу, количество жизней, которые необходимо принести на алтарь его победы Коломойского не волнует. Со своей стороны Зеленский безумно амбициозен и мстителен. Месть не оценившему его обидчику является для него делом принципа — методы значения не имеют. Этот тандем не будет раздумывать перед применением силы. В гражданском же конфликте решительность, натиск и первые победы, деморализующие противника и заставляющие колеблющихся определяться в твою пользу, как правило бывают важнее общего соотношения сил. Остановить Зеленского и Коломойского, заставить их отказаться от развязывания гражданской войны может только отсутствие верного силового ресурса. Но если, как в 2015 году, они наскребут хоть пять тысяч готовых выступить в их поддержку вооружённых боевиков, они не задумаются их применить;
— ситуация с США у Зеленского не так плоха, как кажется. Америка окончательно поставила на Украине крест, как на долговременном проекте и пытается использовать её как расходный материал в краткосрочной игре. Вашингтону надо, чтобы Киев любой ценой втянул Москву в военный конфликт. Далее американцы рассчитывают суметь расширить его, втравив в украинский кризис хотя бы Польшу, а в лучшем случае и Венгрию, и Румынию, и даже прибалтов, которые могут втянуться, если втянется Белоруссия, чего нельзя исключить, так как Лукашенко жаждет отомстить Зеленскому: который ответил ему «презлейшим на предобрейшее». Конечно, у Москвы на этот случай свои планы, альтернативные американским, но США не видят другого выхода, кроме как попытаться. В этой ситуации, Ахметов, которому надо спокойно торговать и грабить украинский народ (соответственно и ставленники Ахметова) являются для США худшим выбором, чем Зеленский. Но Зеленского американцы готовы поддержать только если он развяжет войну с Россией. Авансом поддерживать его во внутренней борьбе Вашингтон не желает, так как уже привык к тому, что в борьбе за поддержку украинские руководители обещают всё, но потом не выполняют ничего из обещанного. Поэтому американцы на Украине стали работать по принципу: «Можно утром деньги, вечером стулья, можно вечером деньги, утром стулья. Но деньги вперёд».
Итак, Зеленский может рассчитывать на собственную наглость, оплаченных Коломойским боевиков, привычку бюрократии и силовиков к подчинению приказам, а также на возможную поддержку США, в случае, если он рискнёт развязать войну с Россией. Это не так много, но и не так мало. Для начала он может попытаться просто подавить Ахметова своими силами (при помощи санкций СНБО и открытия антикоррупционными органами и генпрокуратурой уголовных дел). Если окажется, что бюрократия и силовики не желают воевать с Ахметовым, он может попытаться начать военный конфликт с Россией, для получения американской поддержки.
Последний ход очень опасен. Во-первых, силовики и тут могут не подчиниться. Они пришли в армию зарабатывать на разворовывании имущества и бюджетов, а не умирать за амбиции Зеленского и интересы Колмойского. Но, достаточно чтобы подчинилась хотя бы часть сил — Россия же не будет выяснять напала на неё вся украинская армия или только половина. США могут надавить на украинских генералов, если те будут саботировать войну с Россией. Но не факт, что американского давления окажется достаточно. В Киеве прекрасно знают, что поддержка из Европы скорее всего опоздает, а действия России непредсказуемы, но от этого только более болезненны. Во-вторых, попытка начать войну даст возможность Ахметову позиционировать себя, как борца с опасными авантюристами и получить в этом вопросе поддержку большей части не желающего воевать народа.
Как видим, многое (если не всё) в противостоянии олигарха и лицедея будет зависеть от силы воли, готовности идти на риск, прочности нервной системы и элементарной удачи.
Однако сам факт войны Ахметова и президента, при том, что Ахметов привык с президентами договариваться, а окружение Зеленского (кроме Коломойского, и то лишь частично — ему более важно удержать имеющееся), в отличие от предшественников, не заинтересовано в перераспределении в свою пользу приватизированных предприятий, которыми они не умеют управлять, говорит о многом. Национальный ресурс Украины, как база для компромисса олигархических семей истощился настолько, что даже единственный олигарх при относительно самостоятельном президенте не может нормально существовать.
Ахметову необходимы прибыли. В условиях роста цен на энергоносители в разы, ему необходимо так же поднять цены на электроэнергию для потребителя. Ему также необходим беспошлинный вывоз руды — продажа за рубеж продукции ГОКов — один из немногих оставшихся на Украине видов бизнеса. Зеленскому же нужна социальная стабильность. Для этого необходимо хотя бы стабилизировать, а лучше снизить цены на электроэнергию, а пошлины на вывозимую руду поднять для наполнения бюджета.
Раньше бы как-то договорились, чтобы и волки были сыты, и овцы относительно целы. Но нынче на всех перестало хватать. Можно либо удовлетворить претензии Ахметова, либо обеспечить интересы Зеленского. Третьего не дано.
Впрочем Украине абсолютно всё равно кто из них победит. Победа Зеленского означает установление единоличной диктатуры амбициозного ничтожества, крайне зависимого от своего окружения — худший образец латиноамериканской практики прошлого века. Региональным элитам это не понравится, так как Зеленский тут же попытается опустошить их карманы ради своего бюджета (который разворует окружение). Значит усилятся сепаратистские тенденции и области начнут дрейфовать от Киева, возможно не объявляя себя народными республиками официально, но суверенизируясь фактически.
Если победит Ахметов, то аппетиты главного олигарха, которые не могут быть удовлетворены объёмом доступного украинского ресурса также быстро обратятся на сферу кормления региональных элит, с соответствующим результатом. Тем более, что отказаться от подчинения узурпатору будет легче, чем оспаривать полномочия законного президента.
И на фоне всего этого хаоса американцы будут пропагандировать войну, как средство спасения, обещая всё всем. А вдруг кто-нибудь клюнет. Пожалуй Вашингтон бы давно добился своего, если бы постоянно открыто не предавал своих союзников (Грузию, Афганистан, курдов). А так осторожные украинцы боятся оказаться один на один с разозлённой Россией, поэтому предпочитают пока сводить счёты друг с другом, а американцам кланяться и обещать, обещать и кланяться. Как в случае с Зеленским и Ахметовым, американская напористость и украинская осторожность имеют равные шансы на победу. Украинские войны, как внутренняя, так и внешняя, зависят от случайных факторов.
