Александр Легков
17 сентября 2017 г.
У Леси Орловой есть история, которая называется «Донецк, который мы потеряли». Я расскажу о моем «ватном» Днепропетровске…
Канистра с пивом — причем здесь майдан?
Искусственный белок — причем здесь народ?..
В Днепропетровск родители привезли меня в шестилетнем возрасте из украинской глубинки. Очень плохо помню уже те далекие времена. Мама говорит, что говорил я на чистом украинском языке, а почти весь Днепр в те времена был русскоязычным. Через год родители отдали меня в русскоязычную школу, которая была далековато от нашего дома, несмотря на то, что рядом была украинская школа… Во времена так называемой Независимости свидомиты говорили мне:»Вот ты говоришь, что в советские времена не было никаких гонений на украинскую культуру и язык, но почему же тогда твои родители отдали тебя в русскую школу у черта на куличках, когда в пяти минутах ходьбы от дома у тебя была украинская школа?» ……………… — О, вопль свидомых всех времен! … Все мои пояснения, что в те времена качество образования в русскоговорящих школах на порядок превосходило уровень украиномовных школ, а так как мои родители желали добра своему ребенку, потому и отдали меня в русскоязычную школу, вызывали только снисходительные улыбки моих визави. Позднее я учился еще в двух школах, а об украинских школах в городе больше не слышал …
Несколько дней назад в соцсетях ввязался в прения с одной луганчанкой, которая продвигала примерно следующую мысль: все вы там в Одессе, Днепре, Харькове — дерьмо собачее, сдулись и легли под бандер. Попытался было ей возразить, мол везде на юго-востоке было сопротивление этому майданному путчу и до сих пор там много адекватных и достойных людей, хотя положение их с каждым днем все больше ухудшается… Наверное, бессмысленно постоянно копаться в том, что уже произошло — история не знает сослагательного наклонения. Если бы, да кабы … в лесу выросли грибы …
Русская весна в Днепропетровске
Да, в Днепре оказалось много беззастенчиво переобувшихся негодяев, потерявших берега упрей и нелюдей — филатовых, корбанов, ярошей, денисенкив … Именно в Днепре впервые после победы нацистского майдана был первый на юго-востоке штурм обладминистрации, который продлился около получаса и закончился полным разгромом промайданных сил.
Кстати, помнятся мне времена, когда в деканате одного из ВУЗов города от председателя студенческого совета требовали отчитаться о студентах, участвовавших в евромайдановских шествиях по городу в поддержку киевского переворота. Еще во времена оранжевой революции студентов активно использовали в массовках. Потому, наверное, у лояльных регионалам руководителей ВУЗов новые волнения легких на подъем студентов вызывали понятное беспокойство. Помнится мне, что этот председатель уничижительно отзывался о не более чем двухстах мудаках, которые чего-то там скандировали в убогих колоннах майданутых протестантов, а месяца через два — три я уже наблюдал этого парнишку ежеутренне воодружающим украинский флаг возле входа в здание факультета. На мой недоуменный вопрос о необходимости данного мероприятия, парень искренне отвечал мне, что он — патриот …
Герой Новороссии Николай Леонов
Я только хотел бы подсказать некоторым, что если бы все задействованные на подавление протестного антимайданного движения силы не были брошены на Харьков, Днепр, Запорожье, Николаев, Херсон и Одессу, а сразу же обрушились на Луганск, если бы автобусы с полтавскими и западенскими майдаунами везли рагулей сразу в Луганск, вполне может быть, что какой-нибудь запорожец сейчас клеймил «сдувшихся» луганчан… Как мне кажется, просто у хунтарей не хватило сил на подавление Донецка и Луганска, которые были крайними. Кроме того, в Харькове и Днепропетровске, Запорожье и Одессе никто не готовил людей к такому развитию событий. Ну, не тренировали своих боевиков на юго-востоке, как это много лет до майдана делали яроши и наливайченки в летних лагерях на Западной. Примерно так же в Великую Отечественную Красная Армия долго отступала до самого Сталинграда перед тем, как дать отпор оккупантам… Этот раз Сталинградом стал Донецк и Луганск. Знаю, что много моих земляков полегло защищая Луганск, многие служили в батальоне «Восток», некоторые до сих пор находятся в застенках бандеровского гестапо…
……………………………………………………………………………………………………………
Во времена так называемой Независимости учился в одном из ВУЗов города — факультет международной экономики. Это было в конце 90-х и начале 2000-х годов. До того трижды учился в разных учебных заведениях города в советские времена. Меня, как сотрудника ВУЗа, предупредили, что я должен очень внимательно отнестись к предметам, связанным с историей и конституцией Украины. Страноватые требования для экономического факультета, как мне казалось. Дважды учился в советские времена в горном институте на технических специальностях, где история была второстепенной, не профилирующей дисциплиной… Ни один профилирующий предмет на факультете международной экономики не читали на мове. Историю Украины вел чудаковатый преподаватель, который сразу же объявил, что вся литература, которой мы пользовались до того в других учебных заведениях теперь не годится. Литературу мы должны были брать исключительно в нашей вузовской библиотеке. Как потом мне рассказали, странноватый преподаватель оказался «свободовцем», пламенным патриотом и украинофилом, что по тем временам на юго-востоке было большой редкостью. Позднее часто сталкивался с этим персонажем, посещая по работе избирательные участки, находившиеся в общежитиях ВУЗа… Нацик был каким-то наблюдателем или сотрудником в избиркомах…
Рекомендованный по истории учебник, полученный мною в библиотеке, был отпечатан на папиросной бумаге. Авторами глав были сплошь канадские историки. Многие главы были написаны на западенском суржике, который у нас в группе многие студенты просто совсем не воспринимали. Меня всегда интересовала история казацкого периода и история Екатеринослава. Я и сейчас думаю, что ни один канадский автор не может сравниться с Дмитрием Яворницким — скурпулезным собирателем исторических фактов, связанных с запорожским казачеством и самым продвинутым ценителем старины Приднепровского края. В дополнение к этому куча всякой литературы, типа романа-исповеди Павла Загребельного «Я — Богдан», касающихся национально-освободительного движения… В общем, в знании «козацькой добы» преподаватель-нацик мне не отказывал. Но его совершенно не устраивала моя интерпретация событий касающихся скоропадских, болбочанов и петлюровцев…
Признаюсь, что главы касающиеся истории Западной Украины из учебника на папиросной бумаге я прочитал, как красивую сказку. В такой интерпретации историю Украины в советские времена не преподносили. С удивлением читал о том, что Западная и Восточная Украина уже воевали между собой во времена самопровозглашенной Захидно-Украинской Народной Республики, которую ни одна страна в Лиге Наций так и не признала. Отдельная глава в учебнике была посвящена освоению украинцами канадских прерий…
… Сначала я жил с родителями на улице Ротной в двухэтажном или трехэтажном (смутно помню уже) домишке с коммунальными квартирами. Мне говорили, что этого дома уже нет. За забором двора была пилорама. Перед самыми окнами дома было две железнодорожных ветки, ведущих к воротам пилорамы. Паровозы и тепловозы частенько даже ночью маневрировали, привозя лес и забирая готовую продукцию пилорамы. Ближе к реке было еще три или даже четыре колеи и далее спуск к пологому берегу Днепра. Это был залив, образованный длинным полуостровом, который называли Гатка. Чуть левее от нашего дома начинался грузовой порт. Среди высоких куч песка, гальки и угля торчали башенные краны, разгружавшие и загружавшие баржи, которые толкали небольшие речные буксирные теплоходики. На берегу было много полузатонувших ржавых барж. Ступая по выступающим из воды переборкам, мы со сверстниками часто обследовали внутренности трюмов. Район этот называли Амур-Пески. Потом мои родители снимали комнату у хозяев в частном секторе на ул. Осетинской 21. Еще позднее мы переехали на ул. Тургенева. Это уже был Амур-Чернозем, недалеко от Амурского рынка… По выходным у самого двора, в котором мы жили, вокруг магазинчика за бетонным забором, который называли керосинкой, собирались цыгане на лошадях, запряженных в телеги. Через дорогу от керосинки начинался склад чугунных болванок, изготовленных на заводе «Комминтерн», по которым мы играя прыгали с одной пачки на другую. Между пачками болванок, иногда высотой выше моего роста, в несколько рядов по железнодорожныому полотну сновали дрезины, возившие эти чугунки. Все эти шесть лет я ходил в русскоязычную школу возле старого моста…
………………………………………………………………………………………………
Долгое время проработал в университете, сначала на АТС, потом — в Центре телекоммуникаций. Одно время со мной работали три брата — щирые хохлы из Подгороднего, пригорода Днепропетровска. Очень толковые, много знающие, предприимчивые и амбициозные молодые хлопцы. Сколько мы нахалтурии, выпили и заработали — подсчитать уже вряд ли получится. До майдана 2014 г. я был почти абсолютно аполитичен. Во времена первой оранжевой клоунады с удивлением констатировал для себя факт, что мои практичные коллеги пламенно болеют за «мирных митЫнгувальныкив» и не разделяют моё скептическое отношение к организованному уличному балагану с торчащими амерскими рогами за всем этим чудЭрнацькым вертепом. По крайней мере , два старших брата, как мне помнится, стали относиться ко мне, как отставшему от жизни старперу. Я же, в свою очередь, относился к ним, как к молодым импульсивным селюкам с поздним зажиганием.
[insert page=’5325′ display=’link’ inline]В советские времена я некоторое время проживал в Донецкой области. Наверное поэтому, все пропагандистские клише, сторонников помаранчевой революции, направленные на расчеловечивание дончан, не встречали у меня никакого отклика. Подметив мои явные симпатии к противникам оранжевой оспы, братья-коллеги прилепили мне ярлык — «дАнецкий»… Насколько я понимаю, с их колокольни это было обидное прозвище. Именно «дАнецкий», а не «донецкий», с выговором на российский манер… Короче, до сих пор так и отношусь к этому прозвищу, как к комплименту. Несмотря на эту вскрывшуюся разницу в трактовании событий, никакого существенного влияния она на рабочие отношения не оказывала, как мне казалось. Так и продолжал считать, что днепропетровские металлурги ничуть не умнее шахтеров Донбасса. Ни хуже, ни лучше — люди, как люди. Такие же наивные, недалекие, беспечные и не злопамятные…
Наши жизненные пути с подгороднянскими «патриотами» в дальнейшем разошлись и мы потерялись друг для друга. И только летом 2014 г. я случайно встретил Мыколу — старшего из братьев — по дороге домой с работы. Такой же насмешливый весельчак, только еще больше растолстел. Университет он так и не закончил. Но умение пристроиться в этой жизни не изменило ему. В этот раз, как он мне рассказал, пристроился в «Приват-банке» Коломойского. Патриотизм его еще более заматерел. Что-то там молол про то, что если «москали» только сунутся в Днепр, будет отстреливаться до последнего патрона. Летом 2014 г. в Донбасе уже было жарко. Насколько я понял, из Мыколы получится хороший фашик. Дай бог, чтобы я ошибся!…………………
Помню еще одну забавную историю, которая случилась со мной во времена острого соперничества между сторонниками донецкого и днепропетровского кланов. Это было перед выборами президента Украины, на пост которого тогда претендовали два кандидата — Кучма и Янукович. Кучма, конечно же, был представителем днепропетровского клана, а Янукович — донецкого…
Позвали меня на халтуру. Откуда-то из Донецкой области в Днепр привозили сломанные шахтные домкраты. Нужно было их разбирать, мыть, подваривать и собирать исправными. Работа грязная, тяжелая, но … платили за неё шальные деньги и ежедневно. Работали мы в частном гараже. Однажды я скоблил поршень гидравлики шлифмашинкой, а мимо открытых дверей гаража несколько раз проехала вперед и назад белая «девятка». Из окна высунулся бритоголовый браток и поинтересовался: чем мы занимаемся? Из дверей «девятки» вылезли еще три здоровяка и начали выспрашивать нас о работодателе. Они якобы интересовались: исправно ли платит владелец гаража за потребляемую электроэнергию. Пока по телефону позвали владельца гаража и работодателя, разговорились с «контролерами». Уже не помню все нюансы этой беседы. Помню только, что один из братков спросил меня, за кого я буду голосовать на выборах. Посмеиваясь признался ему, что особо не возлагаю на выборы никаких своих надежд. До сих пор помню спич этого сознательного патриота:
— Ты разве не понимаешь, что если на выборах победят донецкие, то в Днепре это почувствуют все и даже ты?
Про войну днепропетровского клана против донецкого, об убийстве донецкого губернатора Щербаня я думаю каждый днепропетровец мало-мало мыслящий знает. Вот здесь об этом немного, если кто не в теме.
После убийства Аксельрода в городе упорно ходили слухи, что это дело рук донецких беспредельщиков. Как-то в моей голове все эти криминальные войны между «злыми» донецкими бандюками и их днепровскими визави никак не влияли на мое давно сложившееся отношение к дончанам. А после заявления Филатова во время Крымского кризиса по поводу усмирения гражданских протестов, которое он сделал на своей страничке в Фейсбуке 28 февраля 2014 г., миф о толлерантных днепропетровских «терпилах» окончательно рухнул.
Особенностью днепропетровского майдана было то, что он с самого начала был малочисленным мирным протестом представителей интеллигенции и общественных активистов. Шины никто не жег, здания не захватывал, палатки на центральной площади не устанавливал…
Обострение ситуации произошло для сторонних наблюдателей внезапно. Для тех, кто был в курсе хитросплетений местной политики – расклад был достаточно понятен. В выходной день, 26 января 2014 года на очередном вече Днепр — Евромайдана появился общественник Андрей Денисенко. ««До этого дня мы его практически не видели на наших вече», — скажет позже один из активистов Иван Маркевич. Андрей Денисенко, сменивший ряд политических партий и проектов – от Поры-ПРП до Свободы и ГРАДа – позвал в воскресный день митингующих пойти к Днепропетровской ОГА. Только сам почему-то до пункта назначения … не дошел. Под стенами облгосадминистрации завязались массовые драки — кто-то заблаговременно пригласил «охранять майдановцев» футбольных фанатов из ФК «Днепр».
Митингующих уже ждали титушки. За силовой блок в ПР отвечал … как раз Иван Ступак. Выпускник школы КГБ, бывший главный милиционер Днепропетровской области, на тот момент советник губернатора по работе с правоохранительными органами. По странному стечению обстоятельств, после побоища 26 января в Днепре, когда десятки майдановцев были избиты, единственным, к кому у правоохранительных органов не было вопросов оказался тот самый Андрей Денисенко, позвавший всех на штурм ОГА. Он вообще на месяц пропал из виду, и объявился лишь на вручении символических ключей от облгосадминистрации … Игорю Коломойскому, Геннадию Корбану и Борису Филатову.
Злую шутку с комбинаторами из областной ячейки ПР сыграл побег Януковича. Фортуна улыбнулась группе Коломойского.
И все-таки этот город — «ВАТНЫЙ», несмотря на все старания профессиональных амерских и иудейских программистов, так усиленно втюхивающих приднепровским схиднякам фейковую ГИДНИСТЬ и СВИДОМИСТЬ! Даже после тысячелетней пропагандистской радиации на этой земле возродится «ВАТНАЯ» жизнь! Потому что «ватники» и сами радиоактивны! И ничего с этим амеро-хазарские инженеры-генетики не поделают! И как бы не свирепствовали пробандеровские манкурты, а эта земля заражена «ватными» радионуклеидами с периодом полураспада в несколько десятков миллионов лет!..
