Музыкант, победивший хунту

«Микроб фашизма подтачивает страну изнутри и проявляется в отсутствии уважения к разнообразию, к праву быть несогласным и иметь другое мнение. Это является свидетельством отсутствия реального образования и культуры» — писал он о механизме становления фашистских режимов.

Вслед за этим последовал период частичной демократизации. Теодоракиса прославила созданная им мелодия для сиртаки, а сам он вернулся в Грецию и избрался в парламент от Единой левой демократической партии. Однако спустя три года после премьеры фильма «Грек Зорба», когда этот танец триумфально шествовал по планете, в стране установили диктатуру «черных полковников» — которые, опять-таки, пришли к власти при деятельной поддержке из Вашингтона. И на композитора обрушилась новая лавина репрессий.

Ультраправая военная хунта официально запретила исполнять музыку Теодоракиса, включив ее в запретные списки, хорошо знакомые нынешним украинцам. А самого музыканта заперли в концентрационном лагере Оропос. В этот раз ему помогла известность. Под давлением мировой общественности, после писем Дмитрия Шостаковича, Леонарда Бернстайна, Ива Монтана, Артура Миллера и Гарри Белафонте — политзаключенного Теодоракиса принудительно депортировали из Греции.

Он снова поселился в Париже, где постоянно давал концерты и продолжал активную борьбу с диктатурой — вплоть до ее бесславного краха. А легкая аполитичная музыка танца сиртаки превратилась в хорошо узнаваемый позывной сигнал народных протестов, которые в итоге свергли полковников.

Теодоракиса называли «музыкантом, который победил хунту». Политэмигрант возвратился домой в Афины, где продолжал писать популярные узнаваемые мелодии и сделал успешную политическую карьеру. Он избирался в парламент от коммунистов, создал собственное гражданское движение «Искра» и даже занимал пост министра без портфеля в кабинете Константиноса Мицотакиса.

Греческий композитор дружил с Фиделем Кастро и Пабло Нерудой, а маоистские партизаны Перу сделали его сиртаки своим политическим гимном. Он поддерживал Советский Союз, стал лауреатом Международной Ленинской премии «За укрепление мира между народами» и премии Ленинского комсомола. Теодоракис до конца своей жизни участвовал в политике и общественной жизни, выступал против империалистической политики на Ближнем Востоке, критиковал антисоциальный курс Европейского Союза, призывая греков к борьбе против неолиберализма.

После Евромайдана музыкант поддерживал украинских диссидентов — ведь он прекрасно знал, какое значение имеет в подобных случаях реальная антифашистская солидарность. Микис Теодоракис требовал остановить преследования украинских коммунистов, а также вступился за блогера Мирославу Бердник. Кроме того, он указывал на растущую угрозу со стороны украинских ультраправых, которые активно контактировали со своими единомышленниками из Греции.

Знаменитый композитор пользовался у себя на родине серьезным авторитетом — и не только за свою музыку. Его уважали даже противники, признавая за Теодоракисом глубокую идейную убежденность и верность принципам, стремление защищать демократию, равенство и основополагающие человеческие права.

Он никогда не стоял в стороне от проблем, которые волновали его сограждан, и всегда был готов оказать им бескорыстную помощь. Участие в политической жизни было для музыканта не средством борьбы за власть, и не инструментом обогащения. Теодоракис считал это долгом каждого человека, не желающего мириться с несправедливостью окружающего нас мира..

«Я с малых лет был коммунистом — то есть у меня были определенные общественные идеалы, интерес к обществу. Мне лично пришлось в жизни принести немало жертв ради общества, ради Греции. Поэтому моя музыка не может не быть связана с политикой. Я занимаюсь искусством для людей, и, как композитор, я хочу, чтобы мои произведения обращались к людям свободным, у которых есть демократия, развитие, к людям, у которых не было бы экономических и общественных проблем. И если другие борются за это, то буду участвовать и я.

Когда я был подростком, у нас была война, убивали людей. И что же — мы, композиторы, должны были сидеть и писать свою музыку, и больше ничего? Нет, конечно. Мы должны были участвовать в освобождении своей страны от нацизма. Потом началась гражданская война — и вновь то же самое. В наше время тоже есть проблемы экономического и общественного характера. И мы все должны помочь решить эти проблемы. Ведь в Древней Греции, в древних Афинах того, кто не желал принимать участие в политике, изгоняли из города. Это было обязанностью каждого гражданина», — сказал он в одном из своих интервью.