1 января 2020 г., 8:10
© РИА Новости, Павел Лисицын
До того как стать мудрыми и взрослыми мужами из телевизора, все они были маленькими мальчиками. Да-да, сейчас в это с трудом верится, но, честное слово, так и было. Они ходили в детский сад, обожали бабушкину стряпню, а на новогоднем утреннике отчаянно переживали, что не смогут как следует рассказать стишок Деду Морозу, и тот не вручит им подарок.
Своими детскими воспоминаниями о праздновании Нового года поделились со мною восемь экспертов российского телевидения. Без поправки на сторону и политические пристрастия, только праздник, только радость, только волшебство! И, кажется, экспертам понравилось быть интервьюируемыми именно в таком ключе, когда вместо ответов на политические вопросы им пришлось отправиться в сказочное путешествие по реке памяти.
Владимир Корнилов и его сказ о «пампуской хрюре» и снЕжках
© Владимир Трефилов
Владимир Корнилов родился в 1968 году, но о том, что 1968 год — это год Обезьяны, узнал уже в годы перестройки, когда все вдруг помешались на «гороскопах и зодиаках».
«Массовых мероприятий я не любил сызмальства, — вспоминает мой первый герой, — и, честно говоря, не помню, чтобы участвовал в каких-то новогодних утренниках. Может, и было. Но вообще не отложилось в памяти. Для меня в новогоднем празднике самым интригующим было ожидание сюрприза, распаковывания подарка, неожиданной радости, когда видишь, что там внутри. Поэтому я редко что-то загадывал и желал заранее. Но всегда был счастлив любой «пампуской хрюре», оказавшейся внутри. Я был с юных лет начитанным и довольно рациональным мальчиком, может, конечно, в 2-3 года у меня и были какие-то надежды на встречу с Дедом Морозом, но на сознательной памяти такого не помню.
Ёлку в доме ставили обязательно, да простят меня защитники природы, но запах хвои в доме был непременным атрибутом любого новогоднего праздника и остаётся таковым сейчас. Я всегда участвовал в процессе наряжания, сколько бы лет мне ни было. Помимо игрушек в нашей семье на ёлку вешали конфеты, мандаринки (в наши времена это тоже была не каждодневная сладость), орехи. Помню, мы с братом затем потихоньку «тырили» конфеты с ёлки. И высшим искусством было потом повесить фантик от конфетки так, чтобы взрослым казалось, что её никто не трогал. В детстве я очень любил играть в снежки (в Донбассе почему-то всегда делали ударение на первый слог — «в снЕжки», хотя все и понимали, что это неправильно с точки зрения акцентологии). Если везло со снежной погодой и компанией, строили шикарные снежные крепости и потом вели бои за их обладание. Вот что точно не мое, так это коньки. Как ни пытался, но держать равновесие так и не научился. До сих пор не представляю, как это «у них» получается».
— Были ли какие-то блюда, которые из года в год готовились в Вашем доме на Новый год? Возможно, Вы и сейчас придерживаетесь тех традиций?
— Оливье — это святое. Хотя его резали фактически на каждый семейный праздник. Фирменным блюдом мамы на Новый год был винегрет с селедкой и шоколадная колбаса (её делали исключительно на этот праздник). Несколько лет назад воспроизвел мамин рецепт и теперь готовлю такую же колбасу своему сыну на каждый новогодний стол. Так что традиции семейные соблюдаются.
Михаил Шахназаров — пингвин, ковбой, хоккеист
© vk.com, Михаил Шахназаров
Михаил Шахназаров появился на свет в год Козла, в гороскопы скорее верит, чем нет. В детском саду маленькому Михаилу на одном из новогодних утренников довелось побывать в костюме пингвина, а в школе он уже стал ковбоем
Александр Кофман — человек без роли
© РИА Новости, Наталья Селиверстова
Председатель Общественной палаты Донецкой народной Республики родился в год Змеи и комментирует сей факт так: «Змеи слишком мудры, чтобы верить в глупости (в гороскопы)».
«Я был очень балованным ребенком, — вспоминает Александр, — поэтому меня наказывали и оставляли без роли. Я очень любил конструкторы. Всякие-разные. Обычно их мне и дарили на Новый год. Больше всего мне запомнился набор «Юный химик», через какое-то время я при его помощи спалил комнату. В Деда Мороза верил лет до четырёх, потом увидел переодевающегося соседа, и мой мир рухнул. Ёлку мы ставили каждый год, наряжали её, как правило, родители. Из игрушек больше всего запомнил и люблю по сегодняшний день большие стеклянные шары. И, разумеется, звезду на верхушку. На столе в новогоднюю ночь всегда были: холодец, оливье, селёдка под шубой, буженина, запечённый гусь или утка. И, конечно же, мандарины! Много мандаринов! Что касается зимних развлечений, то самым моим любимым времяпрепровождением было пить чай и читать книжки перед заснеженным окном. И температура 38,6…»
Спиридон Килинкаров до сих пор верит в Деда Мороза
© РИА Новости, Евгений Котенко
Спиридон Килинкаров, как и Владимир Корнилов, родился в 1968 году, что соответствует году Обезьяны по китайскому гороскопу. В гороскопы уроженец Луганска также не верит.
«В садике я был медвежонком, — вспоминает Килинкаров, — заяц-то из меня никудышный! В детстве мечтал о радиоуправляемом танке. В итоге я его купил в 7 классе в Москве и подарил младшему брату. В Деда Мороза верил и приходится верить до сих пор, у меня две малышки-близняшки. Ёлку в моей семье ставили каждый год, только натуральную, наряжали с мамой, любимые игрушки — конфеты на ниточке «Грильяж» Луганской фабрики АВК. На столе всегда были: холодец, оливье, селёдка под шубой и окрошка. На зимних каникулах, да и вообще зимой, очень любил играть в хоккей!»
Евгений Копатько — ни зайчик, ни котик
© Владимир Трефилов
«Я точно не был ни зайчиком, ни котиком, — подытожил Евгений, — мечтал о велосипеде, который в итоге и подарили. Ёлку ставили часто, но не каждый год. Запомнил ГДРовские красивейшие игрушки 60-х годов, очень любил их разглядывать. Возможно, какие-то экземпляры и остались с той поры, надо будет поискать. Помню, моя мама делала шикарный оливье и невероятно вкусные котлеты, форшмак. А вот в Деда Мороза я скорее не верил, чем верил».
Родион Мирошник — первый зайчик
© Facebook, Родион Мирошник
О, произошло чудо! Интервьюируемый под номером семь всё же оказался зайчиком! Родился Родион в год Тигра, в гороскопы не верит и за их соответствием не следит.
«В детском саду я играл роли зайчика и лисёнка, а потом как-то очень быстро переквалифицировался в Деда Мороза, — вспоминает луганчанин Родион, — костюмированную встречу Нового года мы практикуем и сейчас, но тут я уже не волен выбирать роль. Всё решают жена и дети, я подчиняюсь их сценарию. Я не помню, чтобы подарки были самоцелью, больше ждал праздника. В детстве радовался, когда на Новый год получал шахтёрский торт. Для тех, кто не в курсе, это фантастически вкусная штука из шоколада и ореховой начинки. Дома мы придерживаемся традиции под бой курантов сжигать записку с желаниями и бросать в шампанское, ну и соответственно эту смесь надо ещё успеть проглотить. И рано или поздно эти желания сбываются. Ну, а желания всё больше большие и невещественные: конечно, чтобы наступил мир, конечно, здоровья и радости родным и близким и прочие человеческие радости, о которых нельзя говорить, ибо не сбудется!»
Из-за того, что Родион довольно рано сам надел красную шубу, шапку и бороду, то он больше знает ситуацию с обратной стороны, но при этом в «сбычу мечт» под Новый год и сейчас хочет верить. «В доме всегда была живая ель, запах хвои и апельсинов с гвоздикой — это традиционный букет запахов, который приходит в наш дом к Новому году, — рассказывает Мирошник, — ни разу не было такого, чтобы в Новый год дома не было ёлки. Но это больше заслуга жены, которая в этом вопросе не намерена идти ни на какие компромиссы. Даже на Новый, 2015-й, год, когда вокруг всё грохотало, а магазины работали по несколько часов в сутки и продавали только самое необходимое, у нас дома была ёлка. Я не представляю себе Новый год без традиционного оливье. Новый год без оливье, как свадьба без невесты. Мне очень нравится новогодний стол с яствами из детства: оливье, шуба, холодец, может, домашние пельмени, может, утка с яблоками. Ну и конечно, это всё мы готовим сами. Процесс, когда ты крошишь овощи на салат или лепишь пельмени и наряжаешь ёлку, — это уже праздник! Зима — это всегда каток, лыжи и ледяные горки, снежная баба и мороз, который кусает за нос. Зимние каникулы я проводил на катке, играл в хоккей до упаду! Всегда любил и продолжаю любить трескучий мороз, укутанный снегом город и хлопья летящего белого снега. Даже от созерцания этого на душе становится радостно!»
Иван Приходько — второй зайчик
© из личного архива Ивана Приходько
Не успела я посетовать, что в моём материале мало зайчиков, как тут же нашёлся зайчик номер два. Мэр прифронтовой Горловки родился в Донецке в 1970 году (год Собаки). В гороскопы категорически не верит. В детстве на новогоднем утреннике маленький Ваня играл роль того самого зайчика.
«Новогодний подарок, о котором мечталось? Я мечтал о машинке!» — поделился со мною Приходько. «О какой именно машинке? На радиоуправлении?» — спросила я. «Нет, что ты, о самой обыкновенной, — ответил Иван, — металлической скорой помощи. А о радиоуправляемой можно было только мечтать, на картинках видеть. Очень мне хотелось ту скорую помощь. А верхом мечтаний была инерционная машинка, которую мне в итоге тоже подарили. Бабушка подарила. Ёлка в доме была каждый год, это обязательное условие праздника. Помню гирлянды со звёздочками. Любимые новогодние блюда: традиционный оливье и Мимоза. На зимних каникулах я много катался на санках и играл в хоккей!»
Много воды утекло с той поры, когда мои герои заглядывали под ёлку в поисках новогодних даров. Герои этого материала выросли в те дивные времена, когда и ёлки были прямиком из леса, и шары из стекла, а не из пластика, как сейчас, да и сама жизнь казалась какой-то особенно настоящей, но при этом удивительно простой, понятной, залитой невероятным солнечным светом. Наши сегодняшние дети иначе встречают этот праздник, подарки для них мы выбираем в интернете, ёлку достаём из чулана, а зимы стали до того нехолодными и неснежными, что реальная ледяная горка воспринимается как чудо, а не обыденный элемент пейзажа с ноября по март.
Почти все герои этого материала или коренные, или сочувствующие донбассовцы, кажется, их детство было таким счастливым ещё и потому, что в нём не было сомнений, что слово мир может обозначать что-то другое, кроме нашей планеты. Сегодняшние дети Донбасса воспринимают слово мир исключительно как антоним войны, антоним той жизни, которой живут они и их родители. Антоним слов война, ссора, вражда. Сегодняшние дети у Деда Мороза просят не машину или велосипед, а мир. К сожалению, в этом виноваты мы — взрослые. С Новым годом, Донбасс! И пусть 2020 год, наконец, принесёт крепкий стабильный мир нашей земле! Мы все отчаянно в этом нуждаемся.
