14 декабря 2017 г.
Украинцы застыли, как окаменевший экскремент ленивца. Нет, они не стали камнями и не застыли сталагмитами в вечности, они окаменели в своём развитии, замерли. Ещё то, что сегодня есть на Украине, можно назвать летаргией. Такое себе существование в неизвестности и непонятности. Конечно, практически у каждого есть понятие о происходящем и о будущем, но оно, как бы это выразиться, имеет текучую консистенцию, как перед заливкой в форму. А для застывания и принятия каких-то определённых очертаний нужна и соответствующая форма, причём, какая это будет форма, значения не имеет — подойдёт любая. Помните, как про крестьян сказано было, что они «вневременные»? Так и тут, только «бесформенные», в смысле национальности, вероисповедания, мыслей и даже предпочтений, при осознанном наличии всего вышеперечисленного, просто неоформленного внешне во что-то понятное.
Если кому-то только покажется, что это плохо, я тут же возражу, вплоть до рукоприкладства — настолько всё серьёзно. То, что вы можете выразить недоумение по поводу такого положения вещей, мне понятно. И даже отрицательное отношение к этому тоже вполне обосновано. Вот только желатину украинской мысли это всё не важно, поскольку он пока ещё не скоагулировал и не застыл, приняв хоть какую-нибудь форму, а значит, его положительный или отрицательный ответ ничего не будет означать, как и отношение, и понимание, и вообще всё, что угодно. Ну, это как АТО-шники, которые после борьбы против «русской армии» на Донбассе едут в Россию на заработки вместе с националистами, упоротыми и всеми теми, кто здесь орёт и возмущается российской агрессией, аннексией и прочим гибридным вероломством. Вот это всё и есть признак того, что украинство — субстанция жидкая, но в то же время — замершая, буквально окаменевшая в ожидании, что её куда-нибудь поместят. Такой вот парадокс. Именно поэтому и рассказы, что,мол, лишь после переворота, именуемого майданом, начала формироваться политическая нация украинцев — вот просто, как в 1893 году, только сегодня. Сто двадцать лет? Так это был анабиоз? И только теперь они воспряли ото сна и на обломках самовластья хотят оставить свои имена, если несколько вольно пересказать?
Бесспорно, такое можно проделать с любым народом или его частью, как в нашем случае, если задаться целью и при этом отвлекать внимание на что-то неважное. Украина — это самый лучший пример, поскольку во-первых — близко, а во-вторых — это люди, чьи деды в подавляющем большинстве родились и выросли русскими, ну, хорошо — часть из них была русинами, то есть, точно не украинцами. Но попробуйте нынешним украинцам сегодня напомнить, что они русские или русины. Ведь не поверят! Геббельс был прав — у нас даже есть очевидное доказательство наличного существования ЭТОГО, ну, вот ЭТОГО, о чём он и говорил. Но главное, что вот ЭТО уверено, что всё это неправда. По крайней мере, на сегодняшний день уверенность есть. Но что будет завтра? Не знаю, не вижу формы для заливки. Если бы сегодня были сталинские 30-е, то я точно могу сказать, что ЭТО орало бы и требовало смерти для троцкистов и врагов народа. В 60-е кляло бы и порицало культ личности. В 1914-м вопило бы о войне до победного конца, а потом бежало сдаваться в плен —точно так же, как и в 1941-м. Всё было бы именно так по той простой причине, что в данном случае даже в самой твёрдой форме застывает не цемент или сталь, а желатин.
Всё это одновременно и плохо, и хорошо. С одной стороны — можно испортить неудачной формой, но с другой стороны — можно и перезалить. Вон ведь Германию перезалили, Российскую империю перезалили, да и СССР, по большому счёту, тоже ведь перезалили. Конечно, все эти изменения не проходят бесследно, и на какое-то время появляются вкрапления не только чего-то хорошего, но и непременно чего-то плохого. Вот только главное, что всё можно изменить, если есть любая масса, гораздо хуже, если она отсутствует, хотя «хуже» — это не совсем то слово или понятие.
Как относиться к украинцам? В смысле, к тем, кто себя таковыми считает. В данном случае — даже не знаю. Нет, насчёт керманычей и выгодополучателей от этого буйства демократии вкупе с национализмом самого дешёвого качества — всё понятно, также как и насчёт обслуги этих керманычей в виде говорящих голов. А вот как относиться к массам этого, так сказать, желейного образования? Даже у меня есть больше двух вариантов, но, по-моему, в любом случае нужно учитывать, что история не заканчивается завтра, что и раньше бывало и не такое, и не только с этой массой, но и с другими — и попроще, и покруче. Конечно, щепки полетят, без этого не бывает. Предрекаю невинно осуждённых и напрасно потерянных (сам могу оказаться в их числе, тьфу-тьфу-тьфу!), только таких, поверьте, будет максимум один-два процента от общей массы. По документам НКВД, даже бандеровцы, оказывая сопротивление перед тем, как попасть в плен, теряли 10-15% личного состава, иногда и меньше. Причём потери не обязательно касались наиболее упоротых.
Может показаться, что сегодня пока ещё рано говорить о будущей приемлемой форме мировоззрения украинцев . Нет — не рано, самое время для начала, самое время для понимания, самое время для трезвого рассуждения, чтобы потом не метаться и не пороть горячку. Это и есть долгосрочное планирование на его начальном этапе. Потому что к стенке ставить нужно не много ума, а много патронов и избыток желающих исполнить приговор, но это совсем другой разговор.
Мир вашему дому.
Под редакцией Елены (Ламповны)
