25 февраля 2020 г., 11:47
© РИА Новости, Стрингер
Не устаю удивляться искреннему удивлению людей, которым всё ещё не надоело читать украинские новости. «Ах! В Новых Санжарах чуть не убили эвакуированных из Уханя. Бросали камни, требовали сжечь, а власти фактически бездействовали, ожидая, что всё само рассосётся. Как такое могло произойти? А как могла Украина так поздно забрать из Китая своих?
Может, на Банковой какой-то опасный вирус, разъедающий мозг, появился? Может, во время инаугурации в парламенте президенту надо не булаву, а костюм биологической защиты выдавать (на срок полномочий)? Но дело в том, что с остальными высокими (и не очень) должностями наблюдается та же картина. Более того, каждое следующее поколение руководителей-«гениев» бывает глупее предыдущего. Как же им удаётся прорваться к власти, если их предшественники явно умнее?
И почему наши люди думают, что вор, укравший миллиарды, обязательно умён? Как по мне, вор, крадущий по мелочам (где кошелёк, где булку), значительно умнее. Не так заметно, да и если поймают — ничего не отберут: булку съел, деньги из кошелька потратил. Пусть ещё докажут, что ты всё это брал. А вот миллиарды всегда оставляют следы. Их надо бдительно охранять. Всегда найдутся желающие отобрать. Это слишком большие деньги, чтобы их можно было проесть, пропить, прозагорать. От них всегда остаются дома, яхты, заводы, газеты, пароходы и прочие активы, которые тоже можно отнять. Кроме того, любой человек, укравший миллиарды, как минимум уже находился на позиции, позволяющей ему заработать десятки или сотни миллионов, а то и те же миллиарды, но абсолютно легально, зачем же красть-то было? Наконец, очень богатый вор, выставляющий свою жизнь напоказ, не умён по-определению. Он вызывает острое чувство социального протеста.
В любом обществе и так присутствует зависть к очень богатым людям. Их всегда хотят раскулачить. Даже если состояние нажито абсолютно честно. Но если богач к тому же ещё и вор, народное негодование не знает границ. Если у власти портятся взаимоотношения с народом, такой богач — желанная сакральная жертва, приносимая на алтарь примирения власти и народа. Не убьют, так посадят, но в любом случае обдерут как липку.
Единственный грамотный ход, который может сделать крупный капитал для защиты своих интересов, — создать собственное сильное государство, которое будет защищать его от внешних и внутренних опасностей. Более того, такое государство должно быть в достаточной степени социальным, поскольку, отказываясь от статуса олигархов (владельцев государства, контролирующих политическую власть) и передавая контроль над государством бюрократии (а иначе сильное государство не построишь), крупный капитал практически превращается из владельцев бизнеса в государственных менеджеров (пусть и очень хорошо оплачиваемых). Фактически именно в этом статусе сейчас действует крупный капитал в России и в Китае. То есть, они сами превращаются из олигархов в высших бюрократов. А бюрократ отвечает не только за прибыль, но и за стабильное состояние трудовых и прочих ресурсов. Более того, весь государственный аппарат, обеспечивающий большому бизнесу защиту, состоит из людей относительно небогатых. Если большая часть народа оказывается не удовлетворена своим положением, то такую же неудовлетворённость испытывают и широчайшие слои бюрократии, среднее и низшее звено которой является ключевым с точки зрения сохранения стабильности государства и его управляемости.
Таким образом, умный бизнес преобразовывает доставшееся ему государство в мощную военно-бюрократическую империю с сильной социальной составляющей.
Украинский большой бизнес пошёл по противоположному пути. Он постоянно ослаблял государство. Напомню, что уже первый президент Украины Кравчук был вынужден назначить досрочные президентские и парламентские выборы под давлением политических оппонентов, угрожавших ему социальным взрывом. Сменивший его Кучма едва не был свергнут в ходе акции «Украина без Кучмы», с трудом досидел до конца второго срока и ушёл под улюлюканье первого Майдана. Тот же первый Майдан не допустил к власти избранного президентом Януковича. Назначенный вместо него президентом Ющенко совершил в 2007 году ещё один государственный переворот (в ходе первого он пришёл к власти), разогнав парламент. К концу правления Ющенко против него сложился заговор Тимошенко (его собственного премьера) и Януковича. Правда, в последний момент Янукович решил, что ему выгоднее дождаться очередных президентских выборов, а не организовывать Ющенко проблематичный (с правовой точки зрения) импичмент, от которого точно выиграет Тимошенко, но не факт, что что-то получит он сам (Янукович).
Януковича, выигравшего выборы у Ющенко, сверг и чуть не убил второй Майдан. Триумфально избранный Майданом Порошенко к предпоследнему году своего правления лишился какой-либо поддержки в народе, половину президентского срока он боролся с собственным премьером Яценюком и весь президентский срок — с министром внутренних дел Аваковым. В конечном итоге Аваков не дал Порошенко организовать своё переизбрание президентом. Сейчас по пути Порошенко движется Зеленский, варианты досрочного прекращения полномочий которого во всю обсуждают информированные круги в Киеве. Причём это обсуждение уже вышло на уровень торговли за бонусы, которые будут причитаться поддержавшим следующую власть.
Как видим, каждый президент уходил если не по факту государственного переворота, то под угрозой применения силы. Каждый президент терял рейтинг, поскольку был не в состоянии ни примирить все олигархические группировки, ни уничтожить лишние. Вначале продолжающаяся в ущерб интересам государства борьба олигархических группировок убивала рейтинг очередного президента, а затем те же олигархи с лёгкостью меняли его на нового, ещё пользующегося доверием народа.
Доминирование олигархов объективно ослабляло государство, поскольку в отличие от бюрократии, для которой государство является естественной средой обитания и которая заинтересована в сильном государстве (это та услуга, которую бюрократия может продать как населению, так и большому бизнесу), олигархи заинтересованы в государстве слабом. Олигархическая экономика не производительная, а присваивающая. Она не использует государственные ресурсы для увеличения общего богатства страны (в том числе и своей доли), а тупо их разворовывает, увеличивая своё благосостояние не вместе со всей страной, а вопреки всей стране. Чем дольше олигархи управляют государством, тем оно становится слабее.
Но у украинского олигархата была ещё одна особенность, делавшая его многократно опаснее для своей страны. Украинский олигархат пришёл к власти в одном из осколков русского государства, населённом русским народом. Украинские олигархи панически боялись восстановления единства России, поскольку тогда они потеряли бы единоличный контроль над украинской территорией, а работать в условиях жёсткой конкуренции они не могли. Когда же в России, к тому же, началась деолигархизация, она стала для украинского олигархата таким же идеологическим противником, каким был СССР для США и Запада в целом.
Вначале интуитивно, но с каждым годом всё более сознательно украинский олигархат строил не просто слабое государство, обеспечивавшее ему возможность неконтролируемой наживы, но государство антироссийское, гарантирующее, что воссоединение не произойдёт, а значит, никто не распространит на Украину российскую деолигархизацию.
Но чтобы построить антирусское государство русского народа, этот народ надо было убедить в том, что он не просто не русский, а что веками с русскими боролся. Над этим и работала украинская пропаганда (вначале подспудно, но с каждым годом всё более открыто и уверенно) все 29 лет независимости. Главным лозунгом украинских националистов всегда был «Убей в себе русского!» В последние годы они его повторяют заметно реже, поскольку большинство населения русского в себе уже убило. Неважно, как они относятся к нынешней власти. Они могут быть к ней сто раз в оппозиции, но это не русская, а уже украинская оппозиция.
Возьмите для примера оставшихся в Киеве донецких «оппозиционеров» из бывшей Партии регионов. Пуская на публику скупую слезу, по поводу обстрелов «родного Донбасса» они позиционируют себя как киевские политики и выдвигают те же требования (возвращение Донбасса и Крыма, что и самые ярые националисты). Они утверждают, что добьются этих целей при помощи переговоров, но они не говорят, что они будут делать, если говорить с ними не захотят. Между тем, эти политики в 2012-13 годах (при «пророссийском Януковиче») открыто говорили о том, что готовы бороться с Россией за украинские интересы (это когда они хотели, чтобы Россия не только дешёвый газ продолжала поставлять, несмотря на подписание ими соглашения об ассоциации с ЕС, но и сохранила для Украины условия наибольшего благоприятствования в торговле, то есть свободный доступ украинских и псевдоукраинских товаров на российский рынок).
Именно эти политики придумали и начали реализовывать схему «словацкого», «польского» и «венгерского» «реверса». Они же готовили подачу исков против «Газпрома» во все возможные суды и просто не успели реализовать этот план, перешедший по наследству к Порошенко. Но именно этих политиков, чьи прошедшие дела и планы на будущее лежат на поверхности, поддерживает население Украины.
Это не значит, что на Украине вовсе не осталось русских. Остались. Возможно, даже пара-тройка миллионов, а с учётом тех, кто постоянно находится за пределами страны, но ещё не сменил гражданство, может быть, и все десять миллионов. Но народ в целом и политическая элита в частности русского в себе убили. Однако, чтобы русскому убить в себе русского, надо вырвать у себя душу. После этого можно жить (жил же Бургомистр в шварцевской пьесе «Дракон», и даже успешно жил), но другую душу пересадить на место утраченной нельзя. Господь дал человеку только одну душу и продать её можно только один раз.
Людям без души всё равно, кого убивать — русского за то, что он русский, или соседа за то, что он вернулся из Китая. Убийство для него является универсальным средством решения любых проблем. Они до сих пор не понимают, почему нормальные люди (из любых, кстати, стран, не только из России) ужасаются, когда узнают об Одесской Хатыни или когда получают возможность своими глазами увидеть «деятельность» украинской армии в Донбассе. Для них это норма. Они как зомби из фильмов о зомбиапокалипсисе — как только учуют что-то живое, пытаются сожрать. Зомби нельзя помочь. Даже если это твой друг или родственник, максимум, что ты можешь для него сделать — убить, чтобы прекратить мучения, иначе он убьёт тебя или попытается превратить в такого же зомби, как сам.
Они не мыслят как человек. Поэтому мы не можем понять их действий, которые они явно совершают себе в ущерб. Перестав быть русскими, они перестали быть людьми. Они потому и не боятся суда по нормальным человеческим законам, что не в состоянии оценить свои действия с нормальной человеческой точки зрения.
Их болезнь заразна. Но поскольку они выглядят совершенно как люди и невозможно без сложной системы тестов отличить на Украине человека, сохранившего свою русскость, от убившего в себе русского (эти умеют неплохо маскироваться), к тому же в их руках целая страна, которой они владеют на твёрдой основе международного права, в этот заповедник зомби нельзя послать охотничью экспедицию, которая «спасёт мир», наоборот мир бросится спасать бедных зомби, в которых будет видеть людей, пока они всех не перекусают. Единственное, что здесь может помочь — меры строгого карантина, когда зомби, лишаясь иной пищи, начинают есть друг друга. Только в таком случае есть надежда на то, что «цивилизованный мир» проснётся, увидит, что натворил и удастся предпринять какие-то совместные действенные меры против вируса сознательного украинства.
Впрочем, я уверен, самое гуманное, что может сделать мировое сообщество — добить, чтобы не мучились. Всё же Шварц в том же «Драконе» провидчески утверждал, что (хоть и с большим трудом) можно вылечить рваные, покалеченные души, души-инвалиды. Но людям, сознательно свою душу убившим, ничем нельзя помочь. Потому что они больше не люди.
