8 ноября 2019 г., 13:07
© president.gov.ua
Я, безусловно, знаю, что многие, если не большинство, уважаемых экспертов и матёрых политиков считает, что Украину проиграла Россия и что проиграла она её именно Соединённым Штатам. Кстати, факт проигрыша Россией Украины я даже оспаривать не буду. Но, во-первых, проиграла она не США, а во-вторых, по объективным причинам просто не могла выиграть
Вашингтонский гамбит
Вашингтон свои цели не скрывал. Во-первых, он планировал занять господствующее стратегическое положение в Крыму. Вовсе не создать там огромную базу НАТО, как до сих пор думают некоторые. Огромная база нужна там только Черноморскому флоту России. Даже для турок было важно отсутствие в Крыму чужих войск, а не размещение там войск собственных. Поэтому все враги России стремились уничтожить Севастополь и изгнать Россию из Крыма, а вовсе не забрать город и полуостров себе. США было достаточно выпереть из Крыма Черноморский флот, создать в Севастополе морской курорт с кучей яхт-клубов в бывших местах базирования боевых кораблей и чисто номинально разместить там роту морской пехоты и пару фрегатов, чтобы обозначить присутствие. Этого было бы достаточно, чтобы запереть Черноморский флот в базах на Кубани и Северном Кавказе и сделать юг России (до Брянска и Воронежа) полностью беззащитным перед гипотетическим вторжением.
Собирались ли американцы вторгаться в Россию? Вовсе нет. Им надо было лишь заставить Кремль тратить огромные ресурсы на восстановление защищённости южных рубежей.
Во-вторых, США желали стравить Россию с Европой, заставить их сойтись в жёстком клинче, на грани горячей войны (возможно, даже с локальными столкновениями российских и европейских войск на территориях Украины и других лимитрофов). В таком случае санкционная политика была бы куда жёстче и европейцы не ныли бы о том, что их заставили, они не хотят, и не мечтали бы выйти из режима санкций, саботируя его елико возможно и не за страх, а за совесть служили бы американцам, видя в них единственных защитников от российского вторжения. И опять же, России пришлось бы тратить огромные ресурсы на это непродуктивное противостояние.
В-третьих, в качестве бонуса США как раз готовы были отдать России всю остальную территорию Украины (кроме Крыма). Она уже была достаточно разорена, чтобы её восстановление и интеграция в российскую политэкономическую систему потребовало огромных ресурсных затрат. Даже потеряв Крым (после его ухода в Россию), США всё ещё пытались компенсировать эту потерю приглашением России на украинскую территорию. До осени 2014 года Вашингтон открытым текстом заявлял, что США не будут воевать за Украину, даже если Россия оккупирует её полностью. Решись Россия на оккупацию, и как минимум второй и третий пункты американской стратегии были бы выполнены. Планируя военную кампанию, никто не рассчитывает, что все бои будут выиграны, главное, чтобы общий баланс был в твою пользу. Так что, зайди Россия на Украину для наведения порядка, США бы действительно победили.
Кстати, такой ход Москвы настолько легко просчитывался, что его ждали даже обыватели, как в России, так и на Украине.
Естественным будет вопрос: мы всё время говорим об связывании российских ресурсов, а зачем это США?
Цель — разрушить изнутри
Очень просто. В современном мире нападение на ядерную державу, даже, если она так слаба, как КНДР, чревато слишком крупными потерями. США не атакуют Пхеньян не потому, что не могут выиграть у него ядерную войну. Выиграть её они пока что могут даже у Китая. Просто ответные удары, которые достигнут территории США, нанесут слишком сильный урон экономике и финансовой системе. Значительная часть ядерного арсенала США будет израсходована на негодного противника, а Россия сможет оценить возможности американской ядерной триады и надёжность американской противоракетной обороны. После победы над Кореей США окажутся значительно слабее России. Поэтому они с Кореей и не воюют.
Но если нельзя страну завоевать, её можно разрушить изнутри. С древнейших времён и до наших дней вернейшим средством добиться коллапса враждебного государства было вызвать в нём массовое недовольство. Массовое недовольство возникает тогда, когда всем становится плохо. Плохо всем становится, если перенапрягается экономика, при этом страна не подвергается явной и непосредственной угрозе, способной мобилизовать население и заставить его терпеть.
Можно гарантировать, что если бы американцам удалось реализовать свой план и заставить Россию активно втянуться в украинский кризис, через пару лет десятки миллионов граждан РФ не смеялись бы над наивным Обамой, утверждающим, что он порвал экономику России в клочья, а гневно вопрошали бы собственную власть: «Что мы забыли на Украине!» Никого не радуют территориальные приобретения, если резко обваливается уровень жизни. Крестьянство Российской империи, нищавшее из-за мобилизации на войну десятков миллионов работников и миллионов лошадей, не захотело год потерпеть до победы и присоединения Восточной Пруссии, Галиции, Турецкой Армении и зоны проливов — устроило февральский, а затем и октябрьский перевороты (руководили, конечно, другие, но если бы их не поддержали сотни тысяч крестьянских штыков в столицах активно и миллионы на фронте пассивно, ничего бы не было).
Для этого США и надо было растянуть российские ресурсы, как за 25 лет до этого они растянули ресурсы СССР. Они это сделать не смогли, а значит, Украину они проиграли: все вложенные в Киев ресурсы были потрачены зря. Это стратегическое поражение, о чём говорит раскол американских элит, выразившийся в борьбе право-консервативных трампистов и леволиберальных глобалистов за новый путь к американской мечте.
Россия также проиграла. Она не смогла уговорить украинские элиты пойти по пути экономической интеграции, которая дала бы кумулятивный эффект, значительно повысив экономическую мощь (и уровень благосостояния граждан) как России, так и Украины. Это не считая того, что дружественная и сильная Украина прикрывала бы южный фланг России, что позволило бы сэкономить значительные ресурсы на военном строительстве в данном регионе. Россия также потеряла огромные ресурсы, вкладывавшиеся в украинскую экономику в течение двадцати лет. Кроме того, Москва вынуждена была в авральном порядке создавать некоторые импортозамещающие производства (в частности по строительству газотурбинных двигателей для флота и вертолётных двигателей), для замены украинских поставщиков.
Стратегия и тактика
Но поражение России тактическое. Москва ставила две задачи. Первая (включение Украины в интеграционные процессы) не была решена. Зато была решена вторая. Украина была удержана в состоянии пусть неверного, но союзника практически до тех пор, пока Россия не решила связанные с ней проблемы. К 2014 году обходящие газопроводы были частично (первые очереди) построены, частично (вторые очереди) согласованы и подготовлены к строительству (сейчас как раз достраиваются). России удалось удержать европейских партнёров в рамках этого проекта. То есть, в результате украинского кризиса разорвать торгово-экономические связи России с Европой не удалось. Причём не удалось в самом важном сегменте (поставки российского газа), против которого американцы боролись с 70-х годов ХХ века
Кроме того, в 2014 году на российской территории, в рамках давно шедшей, но не афишировавшейся, программы импортозамещения, была локализована большая часть чувствительных производств, связанных с Украиной. Немного не успели, доделают только в 2020 году, но катастрофа от разрыва связей не произошла, хоть неприятности (и достаточно существенные) случились.
Таким образом, Россия оказалась в состоянии обойтись без Украины, что развязало ей руки для проведения более прагматичной политики. Теперь она сама может решать, стоит ли заходить на Украину, и если стоит, то когда и на каких условиях. Москва действует не в условиях крайней необходимости, а исходя из разумного осмысления цены вопроса и возможных дивидендов.
Безусловно, потеря значительной территории и десятков миллионов русского по сути населения — не победа, но и не катастрофа. В марте 1918 года большевики согласились отдать немцам территории западнее нынешней границы РФ + Закавказье туркам. В 1921 году западная граница СССР проходила значительно восточнее, чем в 1940. Да и нынешние территориальные потери Россия понесла ещё при распаде СССР, проигравшего американцам Холодную войну, а никак не в ходе текущей конфронтации. Сейчас она просто не всё смогла вернуть.
Украина между США и Россией
А теперь всё же попытаемся ответить на вопрос: почему США проиграли на Украине, хоть и Россия не выиграла? Почему ни Москва, ни Вашингтон не смогли достичь на этой территории всех поставленных целей (хоть некоторые и реализовали)?
Потому, что Украина реально расколотая страна. Конечно, когда в социальных сетях «добрые русские люди» заявляют, что «все хохлы предатели», это не правда. Но и «адекватные украинцы», которые начинают с ними спорить и доказывать, что нацистов на Украине единицы, а «Россия сама всех предала», ещё более далеки от истины. Хотя бы потому, что сами признают, что испытывают перед этими нацистами (которых вроде как почти нет) животный ужас и (раз Россия пока не пришла) готовы поверить даже в то, что их освободит от террористической власти провинциальный клоун (лишь бы хоть кто-то освободил).
Самое смешное, что и нацисты боятся «засилья ватников», видя врагов во вполне лояльных режиму людях, только потому, что те говорят по-русски или вполне разумно заявляют, что мир в Донбассе нужен в первую очередь Украине ради спасения остатков государственности.
Как это всегда бывает крайние точки зрения, радикально националистическая и радикально пророссийская имеют относительно малое количество приверженцев, что компенсируется их активностью. Нацисты по объективным причинам (поддержка с Запада играла второстепенную роль, главное, что их поддерживала украинская власть) сумели раньше организоваться, вооружиться и захватить большую часть Украины. Организация пророссийских сил вовремя и в полном объёме успела произойти только в Крыму и Донбассе (не в последнюю очередь потому, что они были дальше от эпицентра событий и ближе к России). Остальная часть страны делится на более-менее умеренных националистов и более-менее умеренных интернационалистов (которых вполне пророссийскими назвать сложно, поскольку они хотят не интеграции, а лишь прагматического сотрудничества с Россией по западному образцу и под прикрытием Запада).
В стране, в которой задолго до нынешнего кризиса (в 2004 году в первый раз открыто, а по умолчанию и раньше) подошли к грани гражданской войны, где десятилетиями писали в адрес Галиции и Донбасса «лучше б вы ушли из Украины и не мешали нам жить» (каждый раз подразумевая под «нами» всю Украину, каждый раз разную и каждый раз глубоко заблуждаясь), невозможно было создать устойчивый проамериканский режим, так же, как невозможно создать пророссийский. Всё равно значительная часть населения будет против и удерживать их можно только силой.
Сорвалось!
Американцы пошли на создание террористического нацистского режима именно потому, что они рассчитывали на блицкриг: Россия войдёт на Украину, Европа возмутится, поляки возьмут под охрану Львов, венгры Закарпатье, румыны Северную Буковину и Южную Бессарабию. Начнётся жёсткий на грани войны кризис, а Вашингтон будет его разруливать в качестве если не сказочного принца на белом коне, то честного независимого посредника. Поэтому американцы и позволили европейцам заняться урегулированием украинского кризиса и на переговорах с Януковичем, и позднее в Нормандском формате. Европа — сторона конфликта, Россия — сторона конфликта, Украина — жертва евро-российского противостояния, спровоцировавшего гражданскую войну, осложнённую интервенцией, США — миротворцы. Так виделся последующий ход дел из Вашингтона.
Но ничего подобного не случилось, поскольку российского и европейского вмешательства по сути нет, а гражданская война есть. И мириться не хотят именно Донбасс с Киевом, а у Москвы с Парижем и Берлином всё в порядке. Прошло шесть лет кризиса, но американцы поняли, что их блицкриг провалился ещё к концу 2015 года. Весь 2016 год Обама лишь имитировал поддержку Украины, не мог же он накануне выборов сознаться, что США полностью провалили стратегическую кампанию. После проигрыша выборов демократами Трампу в принципе до Украины не было никакого дела. Все его жесты в этом направлении связаны с попытками обвинить его в связях с Россией. Под натиском таких обвинений он не мог полностью обнулить связи с Киевом, поскольку это было бы представлено, как доказательство его «сговора с Кремлём». Но он стремился не активничать на этом направлении и вытаскивать американский хвост из украинской трясины.
Украинские мечты
Американцы в принципе не могли победить на Украине потому, что проамериканские и проевропейские украинцы видели будущее своей страны, как сказку, в которой достаточно сказать «геть вид Москвы» и само собой возникает современное государство с высокотехнологичной экономикой, мчатся миллионы инвесторов, везут триллионы долларов и евро, все украинцев любят и уважают, а они лежат себе в «вышнэвому садочку» и слушают «як джмэли гудуть» (то есть в суперсовременном офисе подписывают бумаги о создании траснациональных корпораций с собой во главе). Их союзники (европейцы и американцы) в принципе не могли им дать то, на что украинские «евроинтеграторы» рассчитывали. Их Украина — неосуществимая мечта. Рано или поздно им предстоит разочароваться и в этой мечте и в евро-американцах, которые не смогли их мечту реализовать.
Мечта пророссийских граждан Украины более прагматична. Они просто хотят в Россию. Их задача дожить до того времени, когда их «евроориентированные» соотечественники разочаруются в «западном рае» и осознают, что кроме как в «орду» им никуда не деться. Другое дело, что у России должны накопиться ресурсы для полноценной интеграции хотя бы большей части Украины, исконных русских земель. А это в нынешнее время проблема непростая. Русь-Россия-СССР неоднократно отступала со своих западных земель, чаще всего надолго (даже Смоленск переходил из рук в руки 300 лет). И всегда возвращалась, но не все до этого доживали.
Для того чтобы вернуться, надо сохраниться. Эту задачу Россия решила, не позволив США разрушить себя в ходе блицкрига 2014-2015 годов. Поэтому США проиграли Украину стратегически, а Россия только тактически. Но тактическое поражение — всё равно поражение, и ликвидировать его последствия придётся долго.
В Сирии миротворческая миссия России успешна не в последнюю очередь от того, что уставшие от войны люди реально захотели примирения. На Украине, как показывают опросы, все хотят мира, но каждый на своих условиях. А раз так, значит, хотят пока не мира, а своей победы. Им ещё предстоит осознать, что в гражданской войне не бывает победителей. Только проигравшие. И тем больше проигравшие, чем дольше длилась гражданская война.
Для США украинский кризис уже закончился. Они уходят — и уйдут, даже если демократы сместят Трампа или изберут Байдена. Для России он только начинается. О победе России на Украине можно будет говорить в том случае, если Москва найдёт решение, при котором интеграция украинских территорий (если не в Россию, то хотя бы в ЕАЭС) произойдёт без больших ресурсных затрат со стороны России и без установления на Украине новой диктатуры (на сей раз пророссийской). Для победы нам нужна дешёвая интеграция, а дешёвая может быть только добровольной. Насилие всегда непродуктивно, ибо дорого стоит.
Пока же США проиграли, Россия не выиграла, но платит за всё Украина. Платит только потому, что добровольно отказалась от международной субъектности ради блестящих бус и красивых слов западных охмурителей. Тот, кто не способен сам выбирать свою судьбу, всегда платит по чужим счетам.
