9 августа 2018 г., 12:52
© РИА Новости, Александр Мазуркевич
Дискуссия об отношении к украинским националистам, инициированная статьями уважаемых обозревателей «Украины. Ру» Андрея Манчука и Ростислава Ищенко, в конечном итоге важна не как форма словесной эквилибристики, но как метод практического решения стоящих перед нами задач
Это была эпоха «вождей Нации»: Муссолини, Пилсудского, Гитлера и прочих прибалтийских туземных царьков. Тогдашней нации без вождя было никак: есть Нация — должен быть и Вождь (впрочем, интернационалистов это тоже касалось). Свои вожди появились и у пробужденной грохотом павшей Российской империи нации украинской, и самоназванные фюреры — вроде Евгена Коновальца — нуждались не только в политической организации, но и в обосновании своего права таковыми вождями назваться.
Так, на «передовых примерах» Гитлера и Муссолини рождалось учение «интегрального национализма» — с его тоталитарными установками, и сама Организация Украинских Националистов — партия вождистского типа, во главе которой стоял фюрер. ОУН незабываемо отличилась реализацией своих людоедских доктрин, сотрудничая с гитлеровцами во времена Второй Мировой войны, однако после победы Евромайдана её деятели официально признаны национальными героями, а их теоретическое и практическое наследие активно осваивается «благодарными потомками».
Начиная с самого возвращения самостийничества на политическую сцену в конце 80-х годов и судя по плачевным экономическим результатам правления наиболее националистически настроенных президентов (Кравчука, Ющенко и Порошенко), стало очевидно, что украинский национализм при власти явление абсолютно деструктивное. Находящийся в плену архаичных установок, людоедских директив и злобных лозунгов почти вековой давности, он просто не способен решать сложные задачи общественного созидания, стоящие перед современным многонациональным государством. В таком случае, нужен ли вообще в окружающем мире «проект Украина», и в каком виде?
От ответа на этот вопрос и зависит наш собственный взгляд на украинский национализм. Если мы исходим из того, что максимальное ослабление Украины как анти-России в наших интересах, тогда на данном этапе распад легитимной государственности и сопутствующий ему разгул радикального украинского национализма нам вполне выгоден. «Нам» — это тем силам, которые считают, что будущее за партнёрскими отношениями между основными субъектами бывшего СССР и новыми стратегическими альянсами в условиях многополярного мира.
Задуманная как зримая и якобы «демократическая» альтернатива России, майданная и постмайданная Украина, впадая под влиянием националистов в тоталитарные тенденции, стремительно теряет свою экономическую, политическую и культурную привлекательность. Иначе и быть не может — осуществление мечты украинских националистов о полном разрыве с «ненавистной Москвовией» и уничтожении общего многовекового пространства не могло не привести к грандиозному кризису во всех сферах реальной жизни населения. И пока националистическая Украина будет вести себя иррационально, можно чувствовать себя довольно уверено — в экономическом отношении в ближайшие годы страна окончательно превратится в Дикое Поле с интернетом. Самая нищая страна Европы в принципе не может быть образцом для подражания.
Другое дело, исходящая от неё военная угроза. Собственно, под это всё и заточено. И здесь нельзя недооценивать воинственный дух националистов, их фанатизм, желание самоутверждаться. Большое геополитическое достижение противников России — натравить на неё армию когда-то русских солдат. Уже сейчас на Украине развёрнута программа взращивания пушечного мяса в промышленных масштабах. Государственная пропаганда, система образования, старания спецслужб, добровольческие батальоны, молодёжные лагеря уже привели к появлению у националистов значительной армии последователей.
Согласно соцопросам, даже в условиях тотального кризиса 21% населения Украины желает продолжения «войны до победного конца». Многие предпочитают верить обезболивающей пропаганде, нежели официальной статистике, говорящей о небывалом падении собственного уровня жизни. Словно под наркозом, они убеждены в скором распаде России, в личной возможности на этом деле стремительно обогатиться и готовы прикладывать для того необходимые «патриотические» усилия. Да — ведомые на убой глупы, но свою глупость они компенсируют фанатизмом.
Давать и дальше украинским националистам безнаказанно и планомерно продолжать работу по подготовке к войне — это приговорить ещё тысячи собственных детей по обе стороны границы к смерти. Опасность национализма именно в том, что он не имеет никаких экономических перспектив, а потому готов ради сохранения своей власти терроризировать миллионы сограждан внутри страны и послать на убой десятки тысяч. Не говоря уже о таких «невинных шалостях», как торговля наркотиками, нелегальным оружием или укрывательство террористов.
Надо понимать, что главари захватившего Украину бандформирования, в случае фиаско, спокойно эвакуируются со всеми награбленными богатствами за пределы страны и будут уже с Запада вещать о том, как «проклятые москали» не дали им «возродить Украину». Будучи безнаказанными, лично они ничего не потеряют от последствий свой авантюры. Так в истории случалось многократно и множество людоедов закончило свои дни в довольстве и богатстве — а чем эти хуже?
Предполагать относительно щадящий сценарий, будто царящая банда (скопище барыг, уголовников и неонацистов) ограничится только зверской эксплуатацией одной Украины — вплоть до её окончательного умерщвления, я бы не стал. Во-первых, сама идеология украинского национализма носит наступательный характер — причём, наступательный именно на Восток. Во-вторых, его главарей извне будут настойчиво подталкивать вперёд — в обмен на гарантии личной безопасности. И это не пятидневная война с вполне декоративной грузинской армией: нынешняя украинская армия это несколько сот тысяч солдат, прошедших боевое крещение на Донбассе.
Что нужно предпринять уже вчера? Конечно же, не давать сцементироваться антироссийской Украине. Военные преступники (а лично я считаю людей, развязывавших войну и политический террор против сограждан, именно преступниками) должны обходиться породившей их стране максимально дорого. В каждую украинскую семью должно прийти понимание, что их бедность тождественна правлению Порошенко, беспределу штурмовиков, идеологии национализма. «Национализм равно нищета». А понимание этого уравнения рождается из целого комплекса мер — от экономических до контрпропагандистских.
Кроме того, национализм в глазах украинцев должен стать не только зловонным, но и смешным. Человек, исповедующий дурость, обязан вызывать смех (пусть даже и потаенный). Брутальные чубы, нацистские тату и засаленные вышиванки должны ещё издали демонстрировать окружающим, что их носитель — обычный лох. Радикально изменить восприятие этого пока модного среди значительной части украинцев тренда — значит лишить врага десятков тысяч потенциальных сторонников. Больше собственной открытости: образовательные программы, туристические маршруты для молодёжи, поддержка информационных потоков внутри Украины. Ещё раз повторюсь: надо не давать режиму сцементроваться на антироссийской основе. Для этого многие средства хороши.
И здесь чрезвычайно важна поддержка тех людей, которые продолжают бороться с режимом внутри Украины. Они — пусть порою и ситуативные — но союзники. По отношению к союзникам судят и о вас, а здесь похвастаться пока особо нечем. Проблемы немецкого народа после прихода к власти Гитлера тоже сначала были проблемами одного вполне далёкого от нас государства — пока эти проблемы не ввалились в каждый советский дом.
Сам по себе национализм неподсуден — ну, ещё одна идеология из множества за всю историю человечества. Украинский национализм должен быть осуждён через свои конкретные деяния: от массового уничтожения евреев и поляков в годы Второй Мировой войны до геноцида русскоязычного населения Донбасса в наши дни. И если удастся в судебном порядке (хотя бы по законодательству РФ) доказать эти преступления против человечности, то осудить идеологию, толкнувшую конкретных инициаторов и исполнителей на зверские преступления, будет потом значительно легче. Со всеми вытекающими из того последствиями.
