И его личному, и к окончательной зачистке того, что еще недавно называли «русской Украиной». Погребинский сам себя называл себя ее представителем, хотя был и пока остается до мозга костей политологом не пророссийским, а проукраинским. В том смысле, что он отлично понимал и последовательно учитывал в своих оценках не желаемое, а действительное, реалии, а не мечты или предсказания, прожекты или завиральные проекты.