2 июня 2020 г., 12:50
© REUTERS, Alyson McClaran
Протесты в США охватили территорию в три раза большую, чем та, на которой велись боевые действия в ходе единственной (пока) американской Гражданской войны. С эпохой Войны за независимость (из которой родились США и которая тоже начиналась как гражданская в рамках Великобритании) и вовсе сравнивать не приходится
Масштаб, конечно, поболе, чем бывало ранее. Но не в этом дело. Многие наблюдатели уже назвали нынешние беспорядки «американским майданом» и усиленно ищут черты сходства с событиями на Украине, в Грузии, Египте и далее везде, где американцы устраивали цветные путчи. К сожалению, некоторое сходство (и даже очень серьёзное) можно найти у любых двух произвольно взятых переворотов. При этом один из них может быть настоящей революцией, а второй даже не цветным, а самым обычным дворцовым заговором.
Реальная попытка цветного переворота в США произошла в декабре 2016 — январе 2017 года. Её даже успели назвать «революцией розовых вагин» (по опознавательному знаку «мирных протестантов»). Но тогда протесты сдулись в тот самый миг, когда избранный президент СЩА Трамп пообещал подавить нарождавшийся путч силой и посадить в тюрьму организаторов. В тот момент американское государство ещё работало (по инерции) в рамках конституции и законов, и заговорщики не рискнули на открытое противостояние.
Сейчас ситуация в США значительно сложнее и интереснее. Дело в том, что в Америке развиваются одновременно два цветных переворота. Не «майдан» и «антимайдан», а, если хотите, именно два «майдана».
Чтобы было понятнее. «Майдан» является попыткой неконституционной, но ненасильственной (легко переходящей в насильственную) смены власти. В этой системе координат «антимайдан» — самопроизвольное (в идеале, но чаще организованное) выступление части общества в поддержку конституции.
В США мы наблюдаем противостояние двух частей американской элиты. Обе вышли за рамки конституции и пытаются запугать друг друга силовым сценарием. При этом страна быстро скатывается в гражданскую войну, о близости которой американские политики и эксперты говорят последние четыре года.
До последнего времени издевательское отношение к конституции и законам было характерно для американских глобалистов, политической базой которых являлась Демократическая партия (хоть часть республиканского истеблишмента их тоже поддерживала). Они пытались организовать антитрамповский майдан после президентских выборов 2016 года. Они устроили бессмысленную и разрушительную атаку на памятники Конфедерации (возрождая тем самым давно забытую идеологию Гражданской войны). Они на пустом месте и на основе сфабрикованных обвинений запустили процедуру импичмента, которая по ним же и ударила бумерангом. На их фоне даже эксцентричный Трамп смотрелся как оплот конституционной законности.
Однако с апреля 2020 года больно ударивший по США системный кризис оказался внезапно усилен «коронакризисом». Безработица стала расти со скоростью снежного кома (уже доросла до 45-46 миллионов и не собирается останавливаться, готовясь к средине июня преодолеть отметку в 50 миллионов). Прогнозы падения ВВП обновляются каждую неделю и уже превысили 15% по году (причём это тоже ещё не вечер). Плюс почти два миллиона (два будет точно) заболевших и более ста тысяч (больше четверти от общемировых потерь) умерших от пандемии. Всё это на фоне жесточайшей президентской избирательной кампании, по итогам которой проигравшая сторона может оказаться не в оппозиции, а в тюрьме.
Первый раунд этой борьбы Трамп выиграл. Его конкурент Байден и демократы в целом оказались слишком замазаны в коррупционных схемах, информацию о которых они сами же легализовали благодаря инициированной ими неудачной процедуре импичмента. Провал американской администрации и медицины в борьбе с коронавирусом Трамп удачно свалил на Китай, пообещав отсудить у Пекина 20 триллионов долларов. В результате к началу мая действующий президент США по популярности у публики на 3-4% обходил своего конкурента. Но до выборов было ещё далеко. Пандемия шла на спад медленно. Китай с удовольствием втянулся в войну взаимных обвинений, а демократические СМИ радостно доносили до простых американцев позицию Пекина, подробно и популярно объяснявшего, что Трамп «сам дурак». Системный кризис не собирался прекращаться даже в том случае, если бы все умершие от коронавируса внезапно ожили, а заболевшие выздоровели. Экономика валилась, безработица продолжала расти, а вливания миллиардов долларов не давали даже временной передышки, лишь ухудшая ситуацию.
В этих условиях рейтинг Трампа стал стагнировать, всё ярче проявлялась тенденция к его падению. Действующий президент США, прекрасно зная своих избирателей, понял, что для удержания (и даже увеличения) рейтинга ему нужна мобилизационная стратегия. Раньше американские президенты в таких случаях организовывали маленькую внешнюю войну. Однако на данный момент США испытывали слишком острую ресурсную недостаточность. Трамп даже был вынужден резко сократить военное присутствие в Сирии, Афганистане и Ираке и заявить о дальнейшем сокращении внешней военно-политической активности. Америка не могла себе позволить ещё одну предвыборную войну. Приходилось думать, как выйти из существующих конфликтов, сохранив при этом лицо, а не о развязывании новых.
Трамп нашёл выход в резком нагнетании внутриполитической напряжённости. Под предлогом плохой организации борьбы с коронавирусам в тех штатах, где губернаторами были представители демократов, Трамп призвал своих сторонников выходить на «мирные демонстрации» к местным Капитолиям с оружием в руках. Фактически он запустил против демократов классическую майданную технологию. Если манифестации попробуют разогнать, возможны случайные эксцессы. Люди вооружены — нажмёт кто-то случайно на спусковой крючок, и начнётся перестрелка, а там недалеко и до трупов, после чего демократов можно обвинить в жестоком неконституционном подавлении прав и свобод американского народа. Если разгонять манифестации не будут, законодательные и исполнительные органы нелояльных Трампу штатов будут работать под жёстким прессингом его сторонников, а избиратели демократов будут возмущены политической импотенцией своих избранников.
Демократы не долго мучились с ответным ходом. Первый же случай смерти чернокожего американца от рук белых полицейских (а в США полиция регулярно убивает и белых, и чёрных, и прочих) был использован ими для раздувания протестов по всей территории страны. Протестам попытались придать расовый оттенок, а уж вандализму, грабежам и поджогам американский маргиналитет учить не надо. По сравнению с «мирными протестантами» из США украинские путчисты образца 2014 года — академики философии.
Теперь уже Трамп находится в цугцванге. Если протесты жёстко подавить, скажут, что он поддерживает расистов и полицейское насилие. Цветные, составляющие основу протеста, как раз в большинстве своём голосуют за демократов. Если власть позволит бунтовщикам буянить слишком долго, в Трампе разочаруется средний белый американец, а это основа его электората.
Впрочем, Трамп не отступил. Он поручил губернаторам мобилизовать национальную гвардию, то есть переложил ответственность за силовое подавление протестов на губернаторов-демократов (на республиканцев тоже, но бунтовщики не их электорат). В то же время президент пообещал, если губернаторы не справятся, использовать для подавления протестов армию и заявил, что войска будут стрелять на поражение.
Таким образом, обе части расколотой американской элиты обращаются к своему электорату за активной поддержкой, стимулируя к уличной активности и силовым акциям. И трамписты, и глобалисты пытаются сформировать у избирателей образ своих оппонентов как слабых, некомпетентных политиков, неспособных справиться с кризисом, к тому же нарушающих коренные конституционные права американцев. Себя же они представляют «крутыми парнями» из вестерна, готовыми без раздумий использовать кольт для защиты прав и свобод мирных граждан.
Это не шутки. Противостояние в США зашло слишком далеко. Текущие бунты, может быть, и сойдут на нет — до выборов ещё слишком далеко, и можно организовать новые. Но не исключено также, что демократы постараются протянуть их как можно дольше, чтобы показать слабость Трампа либо же вынудить его к вооружённому давлению на бунтовщиков. Как бы там ни было, а обе части расколотой американской элиты продемонстрировали друг другу, что не собираются стесняться в средствах и будут биться за власть до конца, даже если ради этого придётся призвать своих сторонников к вооружённому сопротивлению.
Если в последние четыре года американские эксперты только говорили о том, что напряжение в стране выше, чем было накануне Гражданской войны, то сегодня мы можем констатировать, что вторая Гражданская война в США началась. Она пока не вышла за пределы локальных столкновений, а её жертвы исчисляются единицами. Её ещё можно быстро прекратить и сделать вид, что произошло небольшое недоразумение. Но отступать конфликтующим сторонам особенно некуда. Предпринятые Трампом в 2017 году попытки консолидировать США на основе компромисса со своими оппонентами к успеху не привели. С тех пор напряжённость только нарастает, а стороны демонстрируют всё большую непримиримость. Так что даже если нынешний конфликт окажется фальстартом, следующий не заставит себя долго ждать. Причём он будет более жестоким и развиваться будет значительно быстрее нынешнего, который и без того разрастается со скоростью лесного пожара.
Серьёзный гражданский конфликт в США перешёл из эвентуального состояния в реальное. Повторю, что потенциально он может завершиться малой кровью, но одна из враждующих элитных группировок по его итогам должна быть полностью разгромлена и безоговорочно капитулировать. Даже если формально вопрос о власти будет решён в традиционном формате выборов, на деле уже сейчас понятно, что итоги избирательного процесса должны быть подкреплены (или могут быть оспорены) с опорой на силу. Де-факто решение вопроса о власти в США вышло из конституционной плоскости, а это значит, что американское государство прекратило своё существование в том виде, в котором мы его знали последние сто лет.
Но это не значит, что США прекратят своё существование вообще. Наоборот, если гражданский конфликт окажется относительно скоротечным и не расколет силовые структуры, то независимо от того, какая группировка американской элиты победит, произойдёт принудительная консолидация общества вокруг победителя. В свою очередь, такая консолидация позволит США перейти к более осмысленной и целенаправленной внешней политике.
На сегодня впервые в американской истории у США уже три с половиной года отсутствует единая внешняя политика. Команда Трампа практически по всем вопросам противостоит собственному Госдепартаменту и до сих пор не смогла провести чистку как Госдепа и ключевых посольств, так и силовых ведомств. Это привело к серьёзному ослаблению США на мировой арене.
Таким образом, если гражданский конфликт не выйдет за разумные рамки, а проигравший определится не позже осени (президентские выборы в ноябре), то по итогам нынешнего столкновения США должны в краткосрочной перспективе укрепить свои международные позиции. Даже если конфликт выйдет за разумные рамки, надеяться на быстрый распад США было бы неразумно — армия и федеральная бюрократия слишком сильны и не могут быть разделены между штатами. Однако тех США, которые мы знали до сих пор, больше нет, и нам ещё только предстоит узнать, какой будет новая Америка.
