24 января 2025 г.
Иван Шилов ИА Регнум
Одесса остаётся, пожалуй, единственной точкой на карте Украины, где, несмотря ни на что, продолжается некое противостояние попыткам тотальной зачистки всего, связанного с Россией и русской культурой и историей.
Новый всплеск эмоций оказался связан со сносом памятника Владимиру Высоцкому возле Одесской киностудии в соответствии с распоряжением военного губернатора Одесской области Олега Кипера. Тем самым, по которому снести должны также целый ряд других монументов, включая и один из символов города — памятник Пушкину на Думской площади.
Несмотря на формальную законность демонтажа, провели его тайком: в ночь на 31 декабря, так, чтобы поставить горожан перед свершившимся фактом. И то, что в создавшихся условиях жёсткого военно-полицейского режима власти всё ещё идут на подобные меры предосторожности, само по себе говорит о многом.
Впрочем, совсем избежать негативной реакции всё-таки не удалось. 12 января под зданием мэрии прошёл митинг с требованием вернуть памятник на место и не допускать уничтожения культуры Одессы в будущем. Мероприятие получилось, мягко говоря, не слишком многочисленным, однако сам факт, что оно состоялось, уже уникален для современной Украины, где подобные протесты (и до начала войны бывшие редкостью, а с февраля 2022 года и вовсе), казалось бы, канули в прошлое.
Организатором акции выступил одесский журналист и активист Леонид Штекель. Бывший диссидентом ещё в советское время, а в 2013–2014 годах активно поддержавший «Евромайдан», Штекель не скрывает своих антироссийских настроений. Однако считает, что русская составляющая одесской культуры не должна становиться жертвой войны.
За организацию митинга он «удостоился» вызова в СБУ, где с ним, по его собственным словам, провели «беседу». Реакция для современной Украины тоже достаточно мягкая — видимо, с учётом личности правонарушителя: не все такие беседы хорошо заканчиваются для собеседуемых.
В том числе и поэтому многие из тех, кто разделяет взгляды Штекеля или даже придерживается более радикальных по современным украинским меркам взглядов, предпочитают держать их при себе — и, в общем-то, правильно делают. В том, как на самом деле смотрят на ситуацию горожане, несложно убедиться, посмотрев, скажем, на подборку лайков к постам в городских пабликах в Telegram: под постами об очередных дерусификаторских инициативах властей всегда с большим отрывом преобладают негативные реакции.
Феномен тихого несогласия одесситов привлёк внимание даже западных СМИ, которые обычно стараются не слишком вникать в реалии внутренней политики Украины — и уж тем более не критиковать инициативы украинского режима в области «национального строительства». Однако недавняя статья в The Economist буквально раздаёт всем сестрам по серьгам: губернатора Кипера в ней называют «прокурором, служившим при Януковиче», а поддерживающих его действия «добровольных помощников украинизации» — «небольшой, но агрессивной и шумной группой активистов, которые ухватились за нечетко сформулированный закон о деколонизации Украины».
В противовес этим малосимпатичным персонажам The Economist с явным сочувствием пишет об одесситах и их культуре, подвергающейся нападкам властей. «Русский язык — это не только язык агрессора, это также язык жертвы — жителей Одессы. И жертву теперь стыдят за действия агрессора», — говорится в статье. Общую картину дополняют деталями вроде того, что «угроза быть заклейменным как сторонник России реальна», «страх говорить заменяется страхом думать» и «на бульваре люди отводят взгляд, когда их спрашивают о монументах».
Впрочем, даже такое безмолвное несогласие с политикой властей имеет некоторое влияние на развитие событий: к примеру, тот же памятник Пушкину, постановление о сносе которого Кипер подписал ещё в сентябре, пока всё ещё стоит на своём законном месте. По всей видимости, причина этого — тихий саботаж распоряжения губернатора со стороны городских властей, в частности действующего мэра Геннадия Труханова.
Его сложно назвать борцом за какие-то высокие идеалы, будь то культура или что-либо ещё — наоборот, успехами в своей политической карьере он обязан в первую очередь определённой гибкости в своих взглядах, иногда доходящей до оппортунизма.
С фасада Одесской киностудии демонтировали памятник советскому актеру и певцу Владимиру Высоцкому. Соцсети
Точнее, лично Труханов, будучи по рождению и воспитанию классическим «русскоязычным одесситом», до 2014 года щеголявшим в советской военной форме на 9 Мая и 10 апреля (День освобождения Одессы), вполне искренне недоволен политикой сноса памятников и переименования улиц. Однако у него редко хватает решимости на какое-то серьёзное противостояние с властями, когда дело касается подобных вещей.
Так было, например, в 2016 году, когда мэр, по сути, капитулировал перед не вполне законным распоряжением тогдашнего губернатора Михаила Саакашвили о первом крупном переименовании одесских улиц. После начала войны же Труханов стал ещё более податливым — к примеру, ему пришлось руками собственных же подчинённых сносить памятник Основателям Одессы (который чаще называют памятником Екатерине II), хотя ранее он высказывался категорически против такого демонтажа.
Многие ожидали, что так же будет и с Пушкиным, а также другими монументами, однако времена, похоже, изменились. Труханов всё ещё не имеет достаточно решимости для того, чтобы вступать в открытую конфронтацию с тем же губернатором, однако пытается противопоставить его диктату нечто, что больше всего напоминает «итальянскую забастовку».
Так, 4 декабря горсовет Одессы вроде бы согласовал демонтаж и даже выделил на эту операцию деньги из городской казны. Однако формулировка заслуживает внимания: деньги выделены «на проектирование демонтажа», а любое проектирование — дело долгое, сложное, требующее подготовки, затем утверждения проекта, и только потом… Если это потом вообще наступит: сегодня и на Украине, и за её пределами только и разговоров, что о возможном завершении войны в ближайшее время.
А за войной почти наверняка последуют выборы, шансы выиграть которые у нынешних правителей Украины весьма скромные, — по крайней мере, если говорить о чисто номинальных симпатиях граждан.
Да и вообще рассматривать события в Одессе (и кстати, не только в Одессе!) стоит именно через призму того, что эти события, возможно, происходят накануне старта избирательной кампании — причём, скорее всего, сразу на всех уровнях — от президента и Верховной рады до местных советов и мэров.
И с этой точки зрения Одесса также занимает особое место на политической карте Украины.
После потери Украиной Крыма и Донбасса, а также превращения Харькова в прифронтовой город, она стала буквально последним оплотом «политической русскоязычности» и потенциальной электоральной вотчиной придерживающихся этой идеологии политических партий. Хотя с самими партиями ситуация сложная: после разгрома в самом начале войны последнего осколка Партии Регионов — платформы ОПЗЖ эта электоральная ниша зияет тревожащей умы и сердца пустотой, а свято место пусто не бывает.
Да и в условиях современной Украины назвать эту нишу привлекательной сложно, ведь любой, кто станет на неё претендовать, даже с самой умеренной риторикой, всерьёз рискует заполучить ярлык пророссийского политика и стать объектом самого пристального внимания той же СБУ — со всеми вытекающими последствиями.
Буквально на днях реальность угрозы со стороны «политтехнологов в штатском» была продемонстрирована более чем наглядно: после появления в «ютубе» интервью уехавшего с Украины экс-нардепа Евгения Мураева (лидера одной из запрещённых «партий русскоязычных» под названием «Наши») очутились за решёткой сразу несколько связанных с ним блогеров.
Однако это не значит, что играть на поле «защиты прав русскоязычных» никто не будет, — наоборот. По слухам, целый ряд подобных проектов на грядущие выборы готовят в… Офисе президента Украины.
Ничего нового или особо хитроумного в этой технологии нет: у Зеленского, да и у его предшественника Порошенко достаточно богатый опыт подобных перформансов, которые они успешно разыгрывали в дуэте с, к примеру, упомянутой выше ОПЗЖ.
Идея предельно проста.
Некая политсила получает право завоевывать сердца избирателей риторикой определённого толка (за которую кто-то другой отправился бы в места не столь отдалённые) и, будучи монополистом в данном политическом сегменте, легко собирает энное количество голосов избирателей, конвертируя их в то или иной количество депутатских «штыков».
Ну а потом эти депутаты оказываются «скрытым резервом власти»: будучи формально в оппозиции к ней, они время от времени будут «досыпать» ей голоса, недостающие для принятия тех или иных критически важных законопроектов.
Наиболее прославился этим — уже после начала войны — экс-глава ОПЗЖ Юрий Бойко: после запрета политсилы он создал новую «Платформу за жизнь и мир», и вот эта «Платформа» голосовала за многие скандальные инициативы Офиса президента, включая, к примеру, закон об усилении мобилизации весной 2024 года или закон о запрете Украинской православной церкви в августе.
Именно благодаря этому Бойко, в отличие от многих бывших однопартийцев, практически полностью избежал каких-либо репрессий: худшее, что случилось с ним за всё это время, — это лишение звания Героя Украины, да и пошли на это потому, что в современных реалиях подобное звание у «русскоязычного оппозиционера» выглядело слишком уж вызывающе.
Вполне вероятно, что именно Бойко станет одним из тех, кому власти доверят разыгрывать «русскую карту» в украинской политике. По крайней мере, он сам явно планирует принять участие в кампании, о чём свидетельствует его недавно вышедшее интервью, в котором он гневно осуждает политику властей в культурной сфере, делая упор как раз на «снос памятников и переименование улиц», — слишком уж явный «подкат» в том числе и к тем же недовольным одесситам.
С другой стороны, не факт, что именно на него будет сделана главная ставка: слишком уж много негатива связано с его именем, в том числе и у тех же самых «русскоязычных», которых ему снова предстоит окучивать.
В Одессе демонтировали памятник Екатерине II. LIBKOS/AP/TASS
Помимо Бойко, в различное время Офис президента рассматривал и варианты создания новых «русско-оппозиционных проектов» — по устойчивым слухам, один из них должен был возглавить небезызвестный Алексей Арестович*, и многие полагают, что его уход из Офиса президента и демонстративная критика прежнего начальства как раз и являются закладкой фундамента нового проекта.
Кстати, по сносящим памятники в Одессе Арестович тоже любит пройтись максимально жёстко — например, на днях он назвал их «чертями», носителями идеологии «петлюровщины, которая разрушает Украину» и пригрозил «скоро заняться ими по-настоящему».
Что же касается самой Одессы, то здесь пока в этом плане всё достаточно тихо: более ли менее заметную политическую активность на местном уровне проявляет разве что «Батькивщина» Юлии Тимошенко, которая явно запланировала большой камбэк в украинскую политику в следующем электоральном цикле. В настоящее время одесская «Батькивщина» активно привлекает кадры, и у неё даже есть определённые успехи: так, к числу одесских соратников Тимошенко недавно присоединился экс-вице-мэр Одессы Дмитрий Жеман, накануне покинувший команду Труханова, а также бывший заместитель генпрокурора Украины Дмитрий Вербицкий.
У мэра же на предстоящие выборы тоже явно есть определённые планы: как минимум он почти наверняка попытается сохранить кресло, и уже одно это будет для него непростой задачей. И дело тут даже не в рейтингах: Труханов буквально окутан уголовными делами, заведёнными на него как ещё при Порошенко, так и уже при Зеленском. По сути, любому из этих дел по щелчку пальцев может быть дан ход, что не только закроет перед ним двери одесской мэрии, но и может открыть куда более прочные двери тюремной камеры.
Тем не менее отказываться от политический амбиций Труханов не спешит, а определённые события в его окружении явно указывают на то, что подготовка к выборам началась и там. Так, в соцсетях активизировался давний друг Труханова: глава Одесского райсовета Виталий Барвиненко завёл личный телеграм-канал, в котором довольно активно троллит «слуг народа», а заодно потенциальных конкурентов из экс-ОПЗЖ во главе с Бойко.
Кстати, видный одесский ОПЗЖшник Алексей Еремица, похоже, тоже открыто примкнул к команде Труханова — и тоже явно с прицелом на предстоящие выборы.
Ключевым конкурентом же за кресло городского головы на этих выборах считают упомянутого выше губернатора Кипера, который якобы и сам намылился баллотироваться — дескать, именно с этим и связан конфликт действующего с потенциальным. Вариант этот представляется не то чтобы совсем невероятным, но по крайней мере сомнительным. Если бы Кипер действительно имел мэрские амбиции, то ему как раз следовало бы лучше «нюхать воздух» и пытаться завоевать симпатии если не рядовых одесситов, то хотя бы одесских элит.
Однако он, как верно заметили в том же The Economist, пока проявил себя человеком, который «заинтересован в выполнении приказов, а не в том, что думают одесситы». Пока больше похоже на то, что Кипер скорее «расчищает почву» для кого-то другого: его радикальные украинизаторские инициативы, к примеру, могут быть направлены не столько на саму украинизацию, сколько на дискредитацию того же Труханова, который уже вошёл в историю Одессы как мэр, при котором снесли памятник Екатерине. И явно не горит желанием запомниться ещё и как мэр, при котором снесли Пушкина.
В общем, ситуация вокруг и около украинизации Одессы, как это почти всегда бывает на Украине, представляет собой сложное хитросплетение причин, следствий и обстоятельств, а также планов людей, пытающихся строить на этом зыбком основании некие планы на политическое будущее. К тому же зависящее от такой тонкой материи, как возможное завершение войны.
*включен Росфинмониторингом в список террористов и экстремистов
Источник: https://regnum.ru/article/3943422
