Центральный военный совет Китая пострадал за покупку десятка российских Су-35 и оборудования для ракет земля-воздух, применяемых в комплексах С-400. Вернее, как бы пострадал — ряду его средней значимости сотрудников теперь запрещено выдавать американские экспортные лицензии, проводить валютные операции в американской юрисдикции, также США могут арестовать их имущество и заморозить счета на своей территории.Санкции можно было бы назвать смешными. Понятно, что соответствующим чиновникам всё это и так запрещено в рамках китайского законодательства. По сравнению с введением запретительных пошлин на экспортируемые в США китайские товары стоимостью в сотни миллиардов долларов это даже не комариный укус. Просто ничто. Но есть нюанс. В Вашингтоне подчеркнули, что конечным адресатом санкций является Россия, которая якобы вмешивается в американские выборы, плохо ведёт себя на Востоке Украины и вообще по всему миру мешает Америке жить.

Думаю, что таким образом США отреагировали не на конкретную закупку Китаем российской военной техники, а на общее укрепление военно-политического сотрудничества России и Китая.

Пару лет назад, когда Си Цзиньпин предложил России оформить военно-политический союз между странами в виде обязывающего договора, мне уже доводилось писать, что в нынешних условиях России подписывать подобного рода документы невыгодно. Это бы не просто сделало российскую внешнюю политику зависимой от решений, принимаемых в Пекине, но и позволило бы Китаю значительно жёстче вести себя в отношении США, за счёт принудительной переориентации российской активности на Дальний Восток. При том, что на европейском театре уровень китайской поддержки России не вырос бы. В отличие от России, Китай не присутствует там территориально, то есть из Европы ему не исходит непосредственная угроза, а на Тихоокеанском театре военных действий Пекину необходимо концентрировать против США практически все свои, а желательно ещё и максимальные российские ресурсы.

Но, писал я, неоформленность отношений в виде обязывающего договора, не означает отсутствия российско-китайского военно-политического союза на деле. Он есть. Он действует. Он направлен против США, как против общей угрозы. Но при этом в каждый отдельный момент Москва и Пекин принимают решение об уровне поддержки союзника в конкретном регионе, исходя из общей геополитической обстановки.

Очевидно некоторое время Вашингтон тешил себя теми же иллюзиями, что и некоторые российские караул-патриоты, которые почему-то считают, что если не подписана конкретная бумага, то и наладить взаимодействие никак невозможно. Заявления и действия как администрации Обамы (в последние годы правления), так и администрации Трампа свидетельствовали о том, что США надеются разделить Россию и Китай и бороться с ними раздельно — с Россией на европейском театре военных действий, а с Китаем на тихоокеанском. Это дало бы Америке возможность совершать манёвр ресурсами, перебрасывая их против главного, на данный момент, противника.

Эти надежды и раньше вызывали удивление. Возможно американцы переоценивали эффективность организованной ими в российском медиа и экспертом сообществе антикитайской пропаганды, запугивающей россиян «китайской оккупацией» Сибири и Дальнего Востока. Кстати, аналогичную антироссийскую пропаганду американцы пытались развязать в Китае при помощи местных экспертных кругов. Но, как бы там ни было, они окончательно развеялись, когда Россия очередной раз ассиметрично ответила на американские интриги, ведущие к росту напряжённости в Сирии и на Украине, а также на попытки заблокировать российско-германское (и, шире, российско-европейское) энергетическое сотрудничество.

Москва провела широкомасштабные учения на Дальнем Востоке («Восток-2018»), задействовав, в общей сложности, свыше трёхсот тысяч человек (треть боевого состава армии). Россия и раньше демонстрировала свои возможности по оперативному манёвру силами и средствами и созданию, в кратчайшее время, ударных группировок на любых стратегических направлениях. Но никогда в подобного рода учениях не было задействовано такое количество войск. Россия предельно прозрачно показала Вашингтону, что способна в считанные дни смонтировать на Дальнем Востоке группировку войск любой численности и состава, а также обеспечивать ведение ею боевых действий в течение неограниченного времени.

Участие в учениях китайского контингента недвусмысленно продемонстрировало против кого направлена данная военная активность. При этом надо понимать, что для создания и обеспечения в два-три раза меньшей группировки (на территориях союзных государств, с заранее развёрнутой инфраструктурой) Вашингтону обычно требуется от двух месяцев до полугода. То есть, в случае совместной российско-китайской военной акции в регионе, США смогут отреагировать (без применения стратегического ядерного оружия) тогда, когда она уже закончится.