27 сентября 2018 г.
Холодает и дорожает
В Киеве заметно похолодало. Мой сосед по лестничной клетке по утрам выходит курить, хотя делать это в подъездах категорически запрещено. Делать замечания ему я устала. Он пьет возле мусоропровода кофеек и покуривает возле распахнутых и разбитых окон нашего парадного, которые плохо закрываются и никто их не меняет, хотя дело движется к зиме.
— Вы, случайно не слышали, когда дадут нам отопление? вместо «доброго утра» бросает мне сосед-курильщик, чтоб отвлечь от замечания в его адрес. Разговаривать с ним не хочется. Но слово «отопление» меня немного расстроило, потому как недавно прочитала, что Гольфстрим поменял течение: в этом году Европу ожидает суровая зима с сильными морозами, а также обильные снегопады. «Когда, когда, когда?» — думала я про себя. -Никогда. Привыкните к этой мысли и будет легко и свежо, и не холодно. На самом деле в Киеве никто не знает ничего относительно начала отопительного сезона, а горячей воды в большинстве домов нет уже более четырех месяцев. В фитнес клубе, который посещаю. стали отключать и бойлеры. Если раньше там с удовольствием женщины принимали душ, то теперь, увы, в душевых — только прохладная вода. Бойлеры в клубе перестали включать из-за резкого подорожания электроэнергии, на 50%. В столице этой осенью все дорожает: лекарства, продукты, услуги всех видов, аренда жилья.
Вернется ли сосед живым?
На днях ходила в небольшое ателье, чтоб подрубить тяжелые шторы, благодаря которым в квартире должно стать теплее. Стеклянную дверь ателье сделали со специальным окошком, через которое подаешь вещь, а если примерка не нужна, то внутрь каморки не пускают, хотя цены на услуги выросли. Пока стояла в очереди, то не без интереса рассматривала стеклянную дверь ателье, которая оказалась обклеена стикерами «Правого сектора» (организация запрещенная в РФ), «Нацкорпуса Азов» и прочей националистической символикой. На двери мастерской висело объявление: «Срочно нужна швея. Возможно обучение». Портнихи — обычные с избыточной массой тела от сидячей работы тетки, приняли мой заказ, обещая сделать все быстро. Все для фронта, все для победы. Понятно.
Вот уже более четырех лет Украина – в беде, а глагол «убить» стал банальным и общеупотребимым.
Кому война, кому — льготы
В Киеве осеннее настроение все-таки воинственно-агрессивное. Сосед — электрик по профессии в мирной жизни — ушел на днях в АТО в возрасте 52-х лет. Электрик когда-то служил в Венгрии танкистом, в начале восьмидесятых прошлого века. Теперь, разочаровавшись в мирной жизни, признается весьма откровенно:
— Заказов нет, заработать все труднее, война продлится еще очень долго, а к пенсии — льготы заработаю и, если повезет, то и саму пенсию повыше смогу организовать.
— И ради этого будешь рисковать? — поинтересовалась у немолодого уже мужчины, отца двоих взрослых сыновей.
Но кто сказал, что воевать легко?
— Да, блин, ненавижу «сепаров», — в сердцах отрезал электрик. — Не понравится в АТО — вернуться всегда смогу, — убеждал он меня и себя.
Но что с ним будет даже спустя два или три месяца? Вернется ли сосед живым? Да и сможем ли мы потом просто поговорить по-человечески? Он починил розетку, взял за работу деньги и ушел.
А мне вспомнилось, как в беседке одного из красивейших ландшафтных парков Киева мужчина лет тридцати в камуфляже выл, вскрикивал что-то нечленораздельное. Его плечи ходили ходуном, а он при этом бил рукой по скамье и снова начинал кричать, как раненый зверь. Неподалеку от плачущего атошника веселилась небольшая компашка, которая спокойно доедала и допивала на типичном уикенде, где принято обсуждать войну с Россией вот уже несколько лет. Дымился мангал, а осенняя трава тонула в море пустых бутылок и объедков.
Но кто сказал, что воевать легко?
Подготовка к АТО
Кто пойдет на выборы?
Еще один знакомый пенсионер долгие годы старательно подрабатывал в избирательных комиссиях. Всех жильцов микрорайона агитировал, топая по подъездам, получая за это хлопотливое дело неплохую зарплату.
— В этом году, будете на участке работать? — спрашиваю. На что пенсионер очень серьезно: — Все, говорит, баста. Реально могут убить.
Вот уже более четырех лет Украина — в беде, а глагол «убить» стал банальным и общеупотребимым.
Психологи утверждают, что есть три способа справиться с травматичной и тяжелой ситуацией: убежать, драться и замереть. Почти 10 млн граждан Украины предпочли убежать из страны, Донбасс выбрал драку не на жизнь, а на смерть, а остальные — замерли. Я тоже замерла, понимая, что это один из способов выжить в смутные времена.
